Кстати, о секретности… Сегодня пятница, а значит последний учебный день недели. Мне нужно поговорить с Ермолиным. «Есть у нас с тобой один общий знакомый. Твой одногруппник вас обоих раскусил, а я случайно от него узнала, когда о тебе болтали», — говорила Кристина. Эти слова всё не выходят у меня из головы. На самом деле я удивлён, что Кирилл, имея у себя в наличии язык без костей, всё ещё терпит и молчит. Только хитро подмигивает и усмехается.
К сожалению, на первую пару парень не пришёл, но зато пришёл ко второй — как раз в самом начале перемены, когда я спустился на первый этаж, чтобы заглянуть в студенческий буфет.
— Кирилл, — протягиваю руку, преградив одногруппнику путь в коридоре.
Он только-только зашёл в корпус, и я сразу поспешил поймать его, чтобы тот не успел свалить к своим друзьям из параллельной группы.
— Уголёк, — отвечает рукопожатием.
— Я же просил не называть меня так.
— Забылся, Артём. Извиняй.
— Разговор есть.
— Валяй.
Мимо нас снуют студенты, но в целом никто внимания на нас не обращает.
— Что тебе известно о…
— О чём? Или о ком?
В этот момент я невольно провожаю взглядом Одарию. Она несёт на спине рюкзак, и я понимаю, что девчонка только что из библиотеки. Ермолин проследил мой взгляд и понимающе усмехнулся.
— Мне известно всё, — важно задирает голову.
— От Кристины? — ступаю осторожно, выбрав расплывчатый вопрос.
Кирилл моргнул, не показывая никакой эмоции, а затем отвечает:
— Ага, от неё. И что дальше?
— Ты же понимаешь, что болтать нельзя?
— О том самом? — усмехается. — Очень хочется, если честно. Язык прямо чешется.
— Я морду тебе почешу, если хоть слово о нас с Крыловой скажешь.
— О вас с Крыловой, говоришь… — тянет задумчиво.
Глаза одногруппника зажглись огоньком азарта и… удивления. Я в ту же секунду понял, как жестоко прокололся. Я ошибся. Это не Кирилл. Этот хитрый медведище меня сейчас просто развёл, как ребёнка.
— Это не то, о чём ты подумал, — отвечаю твёрдо, а сам хаотично думаю о том, как исправить ситуацию.
Я просто влип. Отпилил сук, на котором сидел.
— Одарию потрахиваешь? Вау! Ну и новость ты мне преподнёс! С ума сойти, — оживлённый Кирилл выглядит счастливым и только ручки разве что от удовольствия не потирает.
— Заткнись! — шикаю на него, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что на никто не слышит.
— А вот не заткнусь теперь. Ты чего молчал, дружище? Наша молчунья нас всех нагло разводит своим трауром, а сама на тебе всё это время скачет! Я оскорблён вообще-то!
Ладонь сама собой сжимается в кулак, и я замахиваюсь на одногруппника, хорошенько ударив его по лицу. Тот отскочил от меня на шаг и, морщась, прикрывает ладонями нос.
— Угольников, ты в себе вообще? — рычит.
По его губе бежит капелька крови. Кажется, я только что разбил ему нос. На нас начали оглядываться.
— За базар отвечать надо, — цежу сквозь сомкнутые зубы.
— А себе ответку не хочешь получить? — Ермолин резким бешеным ураганом несётся на меня, и хоть я и увернулся, но всё же получил залёт по скуле.
И это лишь малая часть того, что я заслуживаю. Своей собственной неосторожностью только что «разболтал» наш с Одарией секрет. Видимо, Крылова была права в том, что я всё-таки клоун. Как так можно было сглупить?
С Кириллом меня разняли самые любопытные и неравнодушные мимо проходящие. Развели по сторонам и всю перемену не подпускали нас друг к другу. Скула ноет, но это ничто в сравнении с тем, какое чувство вины и злости я испытываю теперь. Одногруппники, узнав о стычке, задают вопросы, и всё что я могу сказать:
— Это наше с Ермолиным дело.
А тот нагло усмехается, поддакивая:
— Да мы с Артёмкой кокетничаем просто друг с другом. Не обращайте внимания.
На Одарию даже не смотрю. Стыдно. Хотя девушка ещё ничего не знает. Но скоро узнает, как и все остальные. Потому что хоть до полусмерти избей Кирилла — толку не будет. Разболтает. Такие, как он, болтают даже тогда, когда искренне хотят сохранить тайну. Болтун. Он постоянно ходит и перемывает всем кости. Думаю, только лишь большая масса с грудой мышц позволяет ему не стать аутсайдером в нашей группе. Ведь многих своим длинным языком он всё же раздражает.
Я должен опередить одногруппника и самостоятельно рассказать о своём проколе Крыловой. Она меня убьёт. Секса у меня сегодня по всей видимости не будет. И ладно, если только сегодня и в предстоящие выходные. Есть перспектива и хуже: Одария просто пошлёт меня на три буквы.
Одария
Субботнее утро весьма тоскливо: пасмурное небо, непрочитанные сообщения от Артёма. Я игнорировала его вчера весь день, хотя он настойчиво пытался поговорить. Приехать к нему вечером отказалась и в «Вконтакте» в наш диалог больше не захожу. Поговорить о чём, Угольников? Явно не о Кристине, которая ему то звонит, то благодарственные сообщения пишет. А сколько их — таких Кристин? Не хочу видеть этого обманщика, не хочу говорить с ним.
