Хотя думать о том, что я ему безразлична было больно. Сердце шептало, что он что-то, да испытывает ко мне, хотя бы дружеские чувства. И я надеялась, что он попытается найти меня. Хотя бы попробует выяснить, что со мной случилось. Он же почувствует Грома, услышит какой-то зов помощи? Хотя дракончик беспробудно спал, словно рядом с магами его силы вдруг ушли на нет и он впал в беспамятство. Я погладила кольцо, но Гром не ответил на мою ласку.
Ещё я не могла не думать о родителях. Конечно, они тоже начнут поиски. Так и видела лицо отца, который лихорадочно протирает свои очки, и маму, прижавшуюся к его сильному плечу. Нет, о родителях лучше не думать. Такие мысли вгоняли в хандру, а сейчас мне нужно было иметь твёрдую голову и внимательные глаза. Я смахнула выступившие слёзы и сосредоточилась на своей новой задаче.
— Я устала, — заныла, пытаясь сыграть безупречную роль избалованной девушки. — Хоть пять минут передышки. Я пить хочу. И ноги уже не идут. Сколько нам ещё до остановки?
Гунари недобро покосился на меня, но спорить не стал.
— Привал! — рявкнул он и все кругом остановились, сбрасывая прямо на землю свою поклажу, усаживаясь на траву и доставая фляги с водой.
— Можно я присяду у дерева? Спина болит, — снова заныла, потирая поясницу, и косясь на прекрасный широкий ствол вдали ото всех. Может где-то там заодно получится пристроить какой-нибудь опознавательный знак?
— Ладно, красавица, можешь присесть, прилечь или ещё как отдохнуть, — Гунари развернулся ко мне всем корпусом. Его чёрные глаза осмотрели меня с ног до головы, на лице появилась мерзкая ухмылочка. — А если твои нежные ножки не смогут далеко идти, учти, что я смогу найти кого-нибудь, кто отнесёт тебя на руках. Вот, например, Бейджа попросим, да?
Я покосилась в сторону гипотетического желающего носить меня на руках человека и съёжилась, встретившись с нахальным взглядом. Коренастый мужчина с тусклыми серыми глазами уставился на меня и облизнулся.
— Спасибо, обойдусь, — процедила сквозь зубы, выпрямившись и убрав руки с поясницы. Сидеть как-то сразу перехотелось, да и ныть тоже.
Придётся придумать какой-то другой план по задержке нашего рейда.
— Не переживай, милашка. Скоро доберёмся до одного укромного местечка и сможешь отдохнуть, — подходя ко мне, произнёс Гунари. — Сможешь принять ванную в тёплой водичке и расслабиться. Об этом мечтает прелестная девушка после тяжёлого дня, да?
Я сглотнула, но свой взгляд не отвела. На моё счастье к Гунари подошла какая-то дриада и он отвлёкся на разговор с ней. Слушать речь разбойника было мерзко, попадать в укромное место не желалось, а делить кров и еду с бандитами и подавно. И речи не было о том, чтобы принимать ванную в их тайном убежище. Да я лучше умру, чем сниму хоть какую-то часть своего наряда.
Какая-то другая дриада подошла ко мне и протянула флягу.
— Держи, это просто вода.
— Спасибо, — благодарно улыбнулась.
Я внимательно обнюхала её, прежде чем сделать глоток, увидев, насмешливую ухмылку девушки. Мало ли, что маги или дриады могли насыпать мне? Но, конечно, не любую отраву можно определить по одному только запаху. Однако пить до конца не стала, на всякий случай. Если отравлюсь, то может хоть не до самого худшего конца.
Гунари оповестил, что нужно идти дальше и пока все были заняты сборами, я вытащила из корсажа платок и припрятала его у одного из кустов. Может никто из разбойников и не приметит голубой с вышивкой кусок материи?
Завершив привал, мы отправились дальше вглубь леса. Я совершенно запуталась и не представляла куда мы движемся. Никогда не бывала в Шеривурде раньше, а тем более в его лесах.
Вокруг уже опустились сумерки, а мы всё шли и шли дальше. Ноги и в самом деле начинали гудеть, хотелось кушать и спать. Но разбойники продолжали неутомимо двигаться вперёд, а я плелась за ними, попутно оставляя где получалось кусочки ткани, оторванные от подола моего пышного платья.
Когда на дворе уже была глубокая ночь, перед нами появились очертания знакомого дома. Я ошарашено уставилась на открывшееся взору строение. Богиня-матерь, это же поместье Монрю! Как мы вообще могли прийти в Эиоланту?
Старый разваливающийся бревенчатый домик хромым укором прятался от остальной части поместья в тени деревьев. Это строение когда-то являлось домом для прислуги. Родители Ламара много раз заикались о том, чтобы снести его наконец-то, чтобы не портить вид на свои владения. Но этот вопрос всё время отодвигался куда-то в закрома идей.
Когда-то давно мы ещё детьми играли с моим другом рядом с этим домом. Мы считали, что здесь живёт приведение и поэтому для нас было подвигом открыть дверь и заглянуть внутрь. Наши родители были в страшном недовольстве, когда узнали, что мы сюда прибегаем. Но удержать двоих любопытных детишек у них никак не получалось. Этот дом всегда манил нас и пугал одновременно.
В само здание мы забрались только, когда стали подростками. Но даже тогда, когда мы стали считать себя взрослыми, нервы щекотали шорохи и скрипы старого здания. Так навечно этот дом и остался у меня в памяти как дом с привидениями.
