Но испытания были непростыми. Во-первых, перелет. Во-вторых, индийские дороги и автобусы с водителями-лихачами, равных которым я в жизни своей не видел. В-третьих, необыкновенная жара. Летишь часов 10, потом бог знает как едешь, оказываешься на месте поздно вечером, а через день-два - игра. Чтобы снять усталость, хоть как-то восстановиться, сразу в отеле мы переодевались и в 11 вечера шли на крышу отеля делать разминку. Слава богу, отели попались отличные, хилтоновские. Со стадионами было все намного интереснее. Поля оказывались, в принципе, неплохие. Но пока мы тренировались, вокруг газона почти на глазах вырастали трибуны тысяч на 30. Буквально в течение недели! Трибуны эти делали из лиан с невероятной скоростью, точно так же потом разбирали.
Индия была для нас испытанием на прочность не только команды, но и личностных качеств. Подготовка через турнир подразумевает очень жесткий режим в быту. Тем более в таких климатических условиях. Помню, Бородюк с кем-то в компании взял рикшу и поехал на рынок в неположенное время. Сначала меня это удивило. Умом я понимал, что для того же рикши это - заработок, но в то же время распростертый параллельно асфальту человек, везущий двух бугаев, - жалкое зрелище! Кончилось тем, что я оштрафовал футболистов. Но это было еще не все: Бородюк ведь тогда же у меня играл в московском «Динамо» и история получила продолжение.
Чтобы штрафовать, надо сначала заплатить. После окончания турниров я обычно звонил послу с просьбой об обмене рупий на чеки. Сальков уезжал всегда раньше, получал их и потом отдавали футболистам. Штраф по Сашиному карману ударил весьма существенно, и тот, естественно, обиделся. Так вот, сборная должна была улететь из Индии в Москву, а «Динамо» играло товарищеский матч в Тулузе. И мы с Бородюком, Добровольским, Скляровым и Лосевым должны были из Дели сразу лететь через Париж туда, на сбор. Собственно, так изначально все и подгадывали.
Прилетели в Париж, ищем самолет. Обычного лайнера не нашли, оказалось, что из Тулузы специально за нами прислали, как говорят на Украине, «пчелку» - маленький самолет на 6-7 человек. Погода преддождевая, небо облачное… И как начало нас в воздухе швырять! До сих пор помню это состояние, когда человек физически и морально устает хвататься за ручки кресла, смиряется с чем угодно и полагается на то, что будет. И тут Бородюк, который всю дорогу на меня дулся, вдруг говорит: «Анатолий Федорович, вы меня извините, я все-таки был неправ». - «Саша, ты что это, перед смертью решил повиниться?!»
Проблемы на Олимпиаде нас ждали, конечно, немалые. На этом турнире уже играли профессионалы. В Италии и ФРГ даже изменили календари своих национальных первенств, чтобы олимпийские команды могли лучше подготовиться. Мы же набирали команду по нескольким принципам. Раньше главным принципом был базовый, когда за основу брался определенный клуб. Но я пошел по иному, звездному: подбирались футболисты, отвечающие основным современным требованиям. Прежде всего нужно было создать атмосферу, которая являлась бы движущей силой. Конкуренция, без вопросов, была очень большой, в том числе шла проверка на личностные качества. Мы собирались домой из Новой Зеландии, настроение хорошее, три победы одержаны… И вот прихожу на обед и вижу - стоит наш вратарь Иван Жекю с бокалом пива. Немая сцена. Я на него пристально посмотрел, он, в свою очередь, прочитал мою реакцию. Парень, в конце концов, умный, в Одессе все-таки играл… «А что, - спрашивает - нельзя?» - «Вань, да что ты! Можно…» Проходит время, я его больше не вызываю. И вот «Динамо» играет с «Черноморцем», Жекю подходит ко мне. «Анатолий Федорович, вы меня не вызываете». - «Вань, ну ты сам подумай - или играть, или пиво пить». Он расстроился: «Так предупреждать же надо!» - «А зачем предупреждать? Мне надо было, чтобы ты сам себя проявил».
Конечно, отсев был солидный, и Жекю был не одинок. Но от матча к матчу у нас крепла уверенность в том, что мы способны на многое. В конце концов, мы не пустили на Олимпиаду сборную Болгарии, где играли Лечков, Стоичков, Балаков, Иванов - все те, кто в 1994 году выиграли третье место на чемпионате мира в США.
