Он спокойно относился к попыткам Винчестера издеваться над ним почти целый семестр. Жон позволил запереть себя в ракетном шкафчике и отправить прямиком в полный Гриммов лес, равнодушно перенес сок и рапирных ос, хотя раны от их жал наверняка болели не один день. Он ни разу не выразил своего неудовольствия по этому поводу.
И вот сейчас Жон начал действовать всего лишь из-за нескольких тихих слов.
Было ли это результатом накопившегося раздражения? Блейк в этом сомневалась. Что-то еще должно было заставить его наказать Винчестера. Или ему просто наскучили издевательства и Жон решил их прекратить? Что еще там могло произойти? Винчестер ведь явно не воспринимался им в качестве угрозы его безопасности. Из того, что Блейк довелось увидеть, становилось понятно, что Жон был способен справиться с ним в любой удобный момент.
Мог ли он точно так же накинуться на Вайсс, если ему просто захочется это сделать? Спасет ли в следующий раз Янг или равнодушно отвернется? Расскажет ли всем тайну Блейк, когда ему надоест играться с ее именем?
Ее прошлая жизнь оказалась уничтожена тем, кому она верила. В случае с Жоном не было даже этого. Более того, у него самого имелись причины ее недолюбливать, что он неоднократно и демонстрировал. Может быть, Жон просто выжидал подходящего момента?
Закончится ли новая жизнь Блейк точно так же, как и старая?
Вернувшись в их комнату, она постаралась не отрывать взгляд от пола. Разумеется, Жон уже находился там и как раз в данный момент получал выговор от Вайсс, сидя на своей кровати и слегка надувшись. Та что-то говорила об ответственности и доставленных Янг неприятностях, на что последняя иногда поддакивала. Она всё еще не до конца оправилась от последствий их поединка и очень радовалась тому, что Вайсс приняла именно ее сторону.
В обычное время Блейк наверняка бы улыбнулась, забавляясь тому, насколько быстро менялись эмоции Янг, и как прекрасно вписалась Вайсс Шни в роль своеобразной матери команды. Даже не части семейной пары с Жоном в роли отца, а просто матери-одиночки с тремя детьми.
Таких сцен Блейк насмотрелась уже немало, вот только сейчас улыбаться ей ничуть не хотелось, поскольку она видела глупое выражение лица Жона и слышала его нелепые оправдания.
Он смеялся, хмурился, обижался и делал много разных вещей, причем переигрывал ровно настолько, чтобы подчеркнуть, что никаких сожалений не испытывал.
Да, сцена была самой обычной, но в данный момент Блейк смотрела на его глаза. Они никогда не менялись вне зависимости от того, что именно Жон пытался изобразить. Его глаза всегда оставались холодными, равнодушными и безжизненными.
Блейк понятия не имела, как вообще могла до сих пор это не заметить.
Сегодняшней ночью уснуть ей будет очень непросто, и храп Янг не имел к данной проблеме абсолютно никакого отношения.
* * *
Вайсс находилась в предвкушении.
Она знала, что подобные эмоции были неприемлемыми для Шни. По крайней мере, так говорил ее отец. Винтер когда-то отвела ее в сторону и объяснила всё гораздо доступнее.
Подобные эмоции были неприемлемы для демонстрации на публике... Они заставляли окружающих считать, что испытывавший их человек еще не до конца повзрослел и был склонен принимать чересчур поспешные решения. Шни не могли позволить себе человеческие слабости, а потому такие эмоции никому и никогда не демонстрировали.
Этим утром Вайсс нарушила данное правило, но вряд ли Винтер стала бы ее за это винить. Скоро в Вейле пройдет Фестиваль Вайтела!
— Разве это не замечательно? — спросила она, ощущая на себе строгий взгляд Винтер, хотя их сейчас разделяли тысячи миль. — Посмотрите на все эти приготовления и украшения. Они даже привезли цветы из Вакуо и Мистраля, чтобы гости комфортнее себя чувствовали.
— Отлично, — зевнула Янг.
— Хм... — даже не взглянула в ту сторону Блейк.
Жон просто ковырялся в носу.
Нет, ее команда и в самом деле оказалась самой худшей из всех возможных.
Сегодня была суббота, и они гуляли по залитому солнцем Вейлу. Так стоило ли винить Вайсс за то, что она предполагала, будто у членов ее команды окажется хорошее настроение?
— Что со всеми вами не так? — спросила Вайсс, остановившись перед ними и уперев руки в бока. — Вы практически ничего не говорите с самого пробуждения.
Янг вздрогнула.
— Извини, я... задумалась.
— А я просто плохо спала, — едва заметно пожала плечами Блейк.
Жон продолжал ковыряться в носу, скорее всего, пытаясь отыскать мозг.
Иногда Вайсс хотелось превратить их всех в один большой кусок льда. Ну, или самой сходить к психотерапевту, поскольку вот с этими вот людьми ей предстояло жить еще четыре года.
Вчера выдался очень сложный день, потому что Янг приняла слова мисс Гудвитч чересчур близко к сердцу. Вайсс понадобился целый час, чтобы более-менее ее успокоить, поскольку сама она успокаиваться явно не собиралась, и понимание в нее пришлось чуть ли не вбивать четко сформулированными фразами.
