О Боги...
Янг сейчас больше всего напоминала застывшую в свете автомобильных фар лань. Она побледнела и открыла рот, глядя на них расширенными от ужаса глазами. Жон заметил в них чувство вины, и его заинтересовал вопрос: найдет ли Янг в себе силы признаться в том, что именно тогда произошло?
— Д-да, — сказала она, стыдливо отводя взгляд. — Это очень нехорошо, Жон.
— Ага, — кивнул тот. — Но ты же меня знаешь — никакого самоконтроля и привычка кидаться на всех подряд.
Янг вздрагивала от каждого его слова, но поскольку все смотрели исключительно на Жона, то этого так никто и не заметил.
Она съежилась за спиной у свирепо глядевшей на него Вайсс.
— Ладно, — в очередной раз вздохнул Жон. — По крайней мере, где-нибудь присесть и выпить чашечку кофе вы мне еще не запретили? А то я с самого утра на ногах.
Наверняка ускользнуть от них вместе с Блейк было бы гораздо проще.
* * *
Одна из его сестер последовала за ней, но это хотя бы оказалась не Корал. И еще Блейк задолжала Жону за его удивительно своевременное вмешательство.
Впрочем, удивлять он ее в последнее время практически не переставал.
— Ты... — попыталась вспомнить имя конкретно этой сестры Блейк. К сожалению, их было слишком много, и они все оказались очень похожими друг на друга.
— Лаванда, — представилась та. — И не волнуйся об этом. Я понимаю, что запомнить сразу всех нас у тебя не получится.
А вот теперь Блейк ее вспомнила. Не из-за имени, а из-за того, что она была практически единственной, кто отнесся к ней более-менее хорошо и не стал выпытывать информацию насчет Жона и их отношений. Пожалуй, только это и не дало Блейк на них сорваться.
— Почему ты за мной пошла?
— Я-я пошла вовсе не за тобой, — ответила ей Лаванда. — Просто хочу найти уголок потише. Я... не слишком хорошо приспособлена для долгого хождения по магазинам.
Блейк внимательно осмотрела ее, отметив для себя бледную кожу и слегка сбившееся дыхание.
— Ладно, — сказала она. — Прости, если это прозвучало чересчур грубо.
— Ничего страшного... Наверное, все остальные тебя уже достали?
— Я не являюсь девушкой твоего брата. Серьезно. Мы с ним просто входим в одну команду.
— Но вы же друзья? — спросила Лаванда.
Блейк услышала в ее голосе некоторые сомнения, а потому тщательно обдумала ответ. Пару недель назад тот наверняка оказался бы отрицательным.
— Думаю, да, — наконец произнесла она, прикрыв глаза. — По крайней мере, я считаю его моим другом.
— Мне кажется, что Жон воспринимает тебя точно так же.
— Хм...
Всё ту же пару недель назад Блейк с ней ни за что бы не согласилась, а вот сейчас она начала сомневаться.
Можно было бы задаться вопросом о том, с каких пор их команда представляла собой настолько запутанный клубок отношений, но она и без того знала, что так было с самого ее формирования. К тому же Блейк сама приложила к этому руку.
Она отлично помнила свою враждебность к Вайсс, которая основывалась исключительно на стереотипах о Шни. Но моральные принципы той оказались твердыми и правильными.
На первый взгляд, Янг выглядела пустоголовой любительницей вечеринок и драк, но подо всем этим скрывалась верная напарница, на которую всегда можно было положиться. И это не говоря уже о стремлении бросаться на защиту тех, кого притесняли, что являлось довольно важным качеством по мнению Блейк.
Жон в этом смысле ушел дальше всех...
Он был полным идиотом, но каждый раз умудрялся придумать новый способ вывести из себя мисс Гудвитч. Он являлся ленивым трусом, но всё равно пришел в порт и спас ей жизнь. К тому же Жон оказался тем еще бабником, если только дело не касалось тех, кто находился рядом с ним...
Слишком много в его случае имелось этих самых "но". Он говорил, что его никто не волновал, а потом закрывал собой Янг. Заявлял, что не умел драться, и после этого накидывался на Торчвика. Пусть даже взрывы Праха являлись своеобразными уравнителями возможностей, но слабый человек их просто бы не пережил.
Жон был наиболее сложным и противоречивым человеком, который только встречался Блейк. Тут стоило заметить, что большую часть своей жизни она провела в Белом Клыке рядом с тем же Адамом.
Но всё же Жон спас ей жизнь.
— Наверное, ты права, — сказала Блейк. — Мы с ним друзья.
— И это очень хорошо.
— Кое-кто из твоих родственников с тобой бы не согласился.
Лаванда слегка поморщилась и промолчала, пока Блейк доставала с полки книгу в отчаянной попытке притвориться занятой чтением.
Зачем она вообще поддержала подобный разговор? Что бы ни происходило между ней и Жоном, это было их дело. А если и нет, то разве могла Лаванда хоть чем-нибудь ей помочь?
Блейк вздохнула, уткнувшись лбом в твердую обложку.
Какой был смысл делиться своим плохим настроением с той единственной, кто отнеслась к ней более-менее дружелюбно?
— Члены моей семьи иногда ведут себя... чересчур собственнически, — сказала Лаванда. — Одни подвержены этому больше, другие — меньше, но думаю, ты и сама всё это уже видела. Долгое время для нас существовали только мы и еще несколько людей во всем Анселе, с которыми наша семья общалась. Это такой небольшой, но довольно благополучный городок.
