И эти сны с уродливыми стариками…
Нина ответила почти сразу.
— Ниночка, прости, что я беспокою тебя, но Ярослав перестал писать мне, пропал куда-то.
— Вообще пропал, — неожиданно ответила она очень серьёзным, действительно учительским голосом. — Ты сейчас у себя на квартире? Просто я Сашу попросила тебя лично привести к нам. Ярослав намекал: вы семья, и вы хотите ребёнка, так что Санёк о тебе позаботится, пока Ярослава ищут.
— Подожди-подожди! — испугалась я. — Куда пропал?! Что случилось?!
— Гомер умер, — ответила Нина. — Этой ночью умер его старший брат, который был ему вместо отца. Ярослав плохо воспринял новость. Охрана не в курсе, куда он пропал.
— Я думаю, Ярослав Васильевич появится, — твёрдо заявила я, точно зная, где его искать.
С Шуриком перекинулись обрывками фраз. Я сказала, что знаю, где Ярослав и попросила меня отвезти к нему. Начальник собственной безопасности корпорации был крайне удивлён, потому что бухал его папенька тайно. То есть в прошлый раз перед Новым годом, когда Белогривцев спаивал Миронова, наивный Шурик думал, что папа поехал на могилки бабушки и дедушки. И забирал его из отеля в очень приличном виде. Это как надо бухать, чтобы никто не заподозрил? Но кто-то видимо знал, что он ездил в Ярик отдохнуть. И возможно, это был Гомер. Гомер следил и контролировал.
Теперь контроля не было.
Точнее будет.
Нехорошая позиция, хочется быть такой, как Ниночка: сидеть дома, ни о чём не заботиться, свято верить, что муж у тебя идеальный, потому что нянчится до удушливой опеки. Но не судьба, не тот склад ума и не мой характер. Я добрая, но строгая.
Где-то часика четыре я бы добиралась до Ярославля, со всеми пробками. Но с Шуриком всё становится легче. Мы долетели. В буквальном смысле — на вертолёте. И приехали не с вокзала, а с аэродрома.
Впечатлений мне хватило, я и самолёты недолюбливала, теперь вот вертолёты.
Снег мягко падал, укрывая серые сугробы белым одеялом и придавая городу Ярославлю искрящийся вид. Сияли яркие неоновые вывески, которые отражались ото льда на дорожках.
В такой мороз ещё влюбленные пары гуляли, держась за руки, наслаждаясь тишиной. Ну, мне казалось, что здесь тихо, по сравнению с Москвой. Счастливые дети катались на санках и лепили снеговиков, смеясь и радуясь хлопьям, падающим на их шапочки.
Ночной зимний Ярославль наполнялся магией воспоминаний. Это место, где все заботы остаются позади, а сердце наполняется радостью и спокойствием, потому что город детства.
Набрала код и вошла в подъезд. Следом за мной целая армия.
Высокий третий этаж потолки почти четыре метра. Всё та же пошарпанная дверь, мои запасные ключи.
— Здесь останься, пожалуйста, — попросила я Шурика.
Но он своей грубой рукой распахнул дверь, и прошёл вперёд меня.
— Не сварим каши, Александр Ярославович, если так будешь себя вести.
— Да? Это кто мне такое говорит? — поинтересовался он, безошибочно двинулся на кухню. А я пошла в гостиную.
Воняло попойкой и жареными котлетами.
— Мачеха твоя, — ответила Шурику тихим шепотом, чтобы не услышал.
— Он не женится на тебе, — удивил меня Шурик своим острым слухом.
— Ярослав Васильевич, а твой сын говорит, что ты не женишься на мне!
Они сидели на полу у батареи под большим окном. Миша уже никакой, Ярослав его обнимал. Стояла перед алкоголиками бутыль с самогоном, банка трёхлитровая с огурцами, и видимо купленная Ярославом закуска — нарезка всех мастей, кинутая на пожелтевшие хрустальные блюда.
— Семья моя, — достаточно чётко произнёс один из хозяев огромной корпорации. — Конечно, женюсь. Жена и сын приехали.
Ярослав не очень хорошо выглядел, состарился за эти сутки ещё сильнее.
Глаза его светлые, словно какой-то ярко-голубой и беспокойный водоём, спрятанный от людей за стеклом. Стеклянные глаза смотрели на меня, и мужчина улыбался. А потом пошёл на четвереньках в мою сторону. Пьяный Мишка без надёжного плеча друга, упал. И, подогнув к себе ноги, сразу уснул на полу.
Алкоголик — это настоящее горе для всей семьи. Серьезное заболевание, которое разрушает не только здоровье человека, но и его отношения с близкими. Жалко. Ярослав не болел, выпьет и забудет, но соблазнял вот этого слабого мужичка. Мишка же потерял работу, ему грозило стать бездомным. Хоть бы квартиру на ребёнка переписал. Но самое страшное, что безобидный, хороший и душевный человек причинял вред своим близким. Они страдали от его поведения.
Пора брать эту проблему в свои руки, нужно обратиться за помощью к специалистам.
Поговорю с невесткой, надо помочь Мишке найти силы и мотивацию для того, чтобы начать новую жизнь без алкоголя.
Я опустила глаза на Ярослава. Он, растянувшись на полу, целовал носы моих туфель. Медленно поднимаясь на колени, исцеловал ноги сквозь широкие брюки, до рук дошёл: пальцы обсосал и ладонь обмусолил.
— Любимая женщина, — пьяно шептал он. — Птица моя огненная.
