Махнула ему рукой, и улыбка не сходила с лица.
Я вышла на улицу и пешком отправилась до нашего дома.
Как к сорока годам остаться совершенно одинокой? Очень легко и просто — надо уйти в работу с головой, а потом, когда уволиться со скандалом, оглянуться по сторонам и понять, что кроме Иришки за всю жизнь не накопила приличных знакомств, что из родственников у меня Миша Миронов, алкоголик из Ярославля.
У нас с Мишей общий папа. Папа развёлся с первой женой и женился на моей маме. Но развёлся как-то очень хорошо, возможно потому, что они были педагогами из интеллигентных семей. Он– учитель физкультуры, а его первая жена — учитель музыки. Мишу часто забирал к нам, и я помню брата с детства, он нянчился со мной, гулял со мной, в школу за ручку повёл. Я первоклашка, а у него был одиннадцатый класс. Жалко не брат нёс меня на руках с колокольчиком на линейке. Миша бы точно меня не уронил, как его придурошный одноклассник. Как его там звали, этого больного придурка, циркача, даже не вспомню!
Первая жена папы устроила свою личную жизнь и забрала Мишу к себе, квартиру папа оставил Мише в наследство, пообещав моей маме, что у меня всё будет. И увёз нас в Люберцы, его друг-спортсмен пригласил, там работа была.
Девяностые годы…
Папу застрелили, когда мне было тринадцать лет. Мама впала в глубокую депрессию, плохо себя вела, и я чаще всего проводила вечера с подростками у нашего подъезда. Неудивительно, что в семнадцать лет я забеременела. Но парень Андрей, который влюбился в меня, был старше и с жилищными проблемами. Так что вскоре мы расписались, после рождения Димы, и мой муж переехал к нам в квартиру жить.
Вот уж я глотнула баталий, между матерью и мужем.
Скандалы были регулярными, но так как мама помогала мне с маленьким Димочкой, я смогла даже получить высшее образование. Всё-таки мама была роднее, и мы с мужем на какое-то время расстались. А потом мама умерла, и жизнь заиграла другими красками. Муж ко мне вернулся, я нашла прекрасную работу, которой отдала двенадцать лет своей жизни. Семья восстановилась, Дима рос счастливым мальчиком.
Где сбой программы?
Где потеряно счастье?!
Каждый год отдыхали на море, ни в чём собственно себе не отказывали. Идеальный ремонт, две машины, полная занятость.
Я думала родить второго ребёнка. Но всё откладывала. Ира родила, и я очень много времени проводила с её детьми.
С бухты-барахты, как чертовка из табакерки, любовница мужа.
Измена, развод со скандалом, потому что мои мужчины всё ждали, когда моя бабушка умрёт и оставит наследство — в центре Москвы трёхкомнатную квартиру. Муж и сын были пойманы за разговором об этом. Им нельзя было портить отношения со мной, пока бабка жива. А потом отсудить у меня недвижимость.
А мне уже сорок лет, и я ничего из себя не представляю. Я ничего хорошего не сделала, и никому не нужна. Если только моя квартира в центре Москвы…
Мише немножко нужна.
Я начала задыхаться, вспоминая это.
Ну, уж ладно, хрен с мужем, но сын!
Ледяной воздух сковывал лёгкие. И я медленно успокаивалась. На улицах своего детства, я воспринимала происходящее немного легче. Мне даже в голову пришла мысль: продать квартиру в Выхино-Жулебино и купить здесь.
Улицы Ярославля зимой превращались в уютный мирок. Веяло древностью, потому что исторический центр. Особая атмосфера, где теплый свет фонарей, сочетался с белоснежными сугробами, отражающими разноцветные лампочки гирлянд. И люди такие простые, близкие и добрые… Или так казалось. Приветливые, открытые лица, удивительно красивые. И двор тихий с высокими деревьями медленно усыпал снег.
Набрала код и вошла в подъезд. Высокий третий этаж, потолки почти четыре метра. Миша даже дверь не заменил за столько лет. В прихожей давней квартиры расслабилась окончательно и рассмеялась от счастья. Здесь я бегала девочкой, играла со старшим братом в мяч, здесь моя мама была ангелом во плоти, и папочка никогда с ней не ссорился.
Наверное, действительно надо переехать ближе к брату. Чтобы поддерживать и следить.
До полуночи я мыла, убирала, натирала. Умудрилась привести в порядок всю квартиру.
Сменила постельное бельё и легла в детской спать. Сон никак не шёл. Но квартира хорошая, имела приятную, мягкую энергетику, как добрые сердца моих мамы и папы. И хотя мама изменилась после смерти отца, судите её не стоило, для женщин взрослого возраста в те времена мало что предлагали из медикаментов.
Я крутила в руках визитную карточку. В темноте орнаменты и номер телефона светились.
Обалдеть!
Чем же занимался владелец такой хитрой побрякушки?
И я в этой квартире, в руках с этим чудесным предметом чувствовала себя невероятно.
Только номер. Почему? Потому что эта карточка кому попало не могла достаться. То есть тот, кто обладает ею, должен знать, кому будет звонить и куда. А я не знала. И у Мишки не буду спрашивать. Не удивлюсь, если он её нашёл. Ну, не могло быть у него таких знакомств! Тогда это проведение и невероятная случайность.
Я, похоже, заскучала, раз чётко решила позвонить, потому что такие карточки на дороге не валяются.
