- Прости… - пискнула я, но потом вспомнила, что собиралась вообще-то его прибить, и напустилась на него: - Юра, ты слышал, что я сказала? Я – беременна! Как такое вообще возможно?! Ты же говорил мне… И вот, Пётр Эдуардович тоже… - я, покосившись на Костю, не стала доводить мысль до конца и озвучивать слово «бесплодие». - Ты слышишь вообще меня?
Седов продолжал держать меня на весу, крепко прижимая к себе, и отпускать явно не собирался.
- Угу, ты беременна, - посмотрел он на меня плывущим счастливым взглядом. – У нас будет ребёнок, я понял. Мы будем жить долго и счастливо. И не умрём никогда… Ты выйдешь за меня?
Внутри меня всё запереливалось и стало тепло-тепло. Юра, какой же он!.. Ох, у меня слов не было, чтобы описать, насколько сильно я его люблю!
Я смотрела на него и чувствовала, что меня ведёт от эмоций, так же, как и его. Дышала им и не могла надышаться. Смотрела и не могла насмотреться. Целовала, и не могла оторваться.
- Ты – Свет Очей моих, - шептала ему, и он нежно урчал мне в ответ. – Ты –Душа моя…
- Лара, пока вы с Седым играете в гляделки и милуетесь, можно я пройду на кухню и хотя бы воды попью? – послышалось сзади кряхтение несчастного Петра Эдуардовича. – А то мы так неслись, как на пожар. Будто вы уже при смерти. Юра угнал с базы вертолёт и посадил его на школьное футбольное поле неподалёку отсюда. Будьте уверены, скоро весь район оцепят спецслужбы и полиция. Наверное, мне следует заранее выпить успокоительного… Ой, что-то мне нехорошо после всей этой тряски и беготни…
- Нет, ну вот умеют же люди испортить момент!..- недовольно глухо прорычал Юра.
- Конечно, - очнулась я и вспомнила, что не прилично держать гостей на пороге. – Пройдёмте, я вас чаем и кофе угощу.
Мы прошли в квартиру, и я закрыла дверь. Пристроилась было за Костей и Петром Эдуардовичем, направляясь за ними на кухню, но Юра схватил меня за руку и уволок в гостиную:
- Оставь, Лара! Они уже взрослые мальчики и вполне в состоянии обслужить себя сами, - нахмурясь ,проворчал он и крикнул для них: - Парни, готовьте себе чаи-кофеи без Лары! Дайте нам спокойно поговорить!
Вновь пристально посмотрел на меня, заскользил ладонью по щеке, потянулся к виску и накрутил себе на палец мой локон.
- Ты мне не ответила, Лара… Ты выйдешь за меня? Подожди, молчи… Я знаю, о чём ты хочешь меня спросить. Всё получилось слишком сумбурно, не так, как я себе это представлял… Я хотел, чтобы моё предложение тебе случилось иначе… Но я сегодня просто не смогу уехать, пока не получу ответ… И поэтому задам тебе вопрос по-другому. Ответь коротко: да или нет. Скажи, ты хочешь выйти за меня замуж?
- Да, - ответила я, - хочу.
Хотя вопрос про Соню так и чесался у меня на языке.
- Хорошо, - удовлетворённо кивнул он. – Тогда продолжим. Сделаем ещё маленький шажок навстречу друг к другу. Скажи, Лара, ты так отвечаешь, потому что неожиданно забеременела? Лара, ты сама хочешь этого ребёнка?
- Я не буду делать аборт! – взвилась я, а Седов поднял руки в жесте «сдаюсь», и успокаивающе прошептал:
- Тш-ш, тише-тише, мы просто разговариваем, да? Просто пытаемся понять друг друга, чтобы между нами не было недомолвок, хорошо? Успокойся, дыши ровнее, Лара, всё хорошо…
Я внезапно обратила внимание, что, и правда, пыхчу так, словно бегу куда-то. Последовав совету Юры, стала дышать глубже и спокойнее. Сразу стало как-то легче.
- Если тебе важно знать, то я скажу сразу: я рад, что ты беременна. Рад, что именно у нас будет ребёнок. Рад, что именно ты подаришь мне его. А ты? Ты рада?
Прислушавшись к себе, я поняла: да, рада. Во мне зрело сокровище, и от осознания этого тепло приятными волнами бежало по телу. Я утвердительно кивнула Юре, куснув себя за губу, чтобы вновь не свалиться в слёзный поток.
- Хорошо, Лара. Тогда продолжаем. Прежде чем я задам тебе тот же вопрос, который задал в подъезде, я знаю, что ты хочешь спросить меня кое о чём. Вернее, о ком. Спрашивай, Лара, не стесняйся. Можешь спросить всё, что захочешь.
- А как же Соня? – не удержалась я, и Юра кивнул, словно именно это и ожидал услышать.
- Соня уехала в Испанию и подала на развод. Она достаточно состоятельная женщина: от государства ей приходит пенсия как жене героя, по потере Марата при исполнении. Она даже больше, чем моя по выслуге. И Соня может позволить себе жить и не работать. Я рад, что она так поступила. И благодарен ей за то, что Соня освободила меня от необходимости нарушить своё когда-то данное ей слово офицера.
Я кивнула, соглашаясь с ним: в этом Соня оказалась молодец. Ведь если бы мы начали тянуть Седова друг у друга из рук и вынудили нарушить обещание, то разве могла ли я ему верить после этого? Прошло бы время, и я стала бы задумываться: а так ли крепко его слово по отношению ко мне, если по отношению к ней он им пренебрёг? И не важно, какие у него были причины.
Юра помялся:
- Есть ещё кое-что, касающееся Сони. Я не хотел тебе даже говорить, но решил, что это будет нечестно по отношению к тебе… - он нехотя полез в карман и достал помятый конверт с моим именем на нём. – Вот, Соня написала тебе письмо…
