Седов снова надолго замолчал. Что-то неуловимое промелькнуло в его взгляде. Нечто такое, отчего моё сердце сжала тоска и захотелось плакать. О чём он думает, когда так на меня смотрит? Что болит в его душе и будто пожирает изнутри?
Но в следующее мгновение Юра вздохнул, притянул меня к себе и поцеловал. Смял губы, сбил дыхание, зарылся пальцами в волосы на затылке. Заскользил губами по щеке и замер, уткнувшись носом в ямочку под ухом. И так крепко прижал меня к себе, что меня протащило по сиденью к нему и в организме что-то вполне ощутимо захрустело.
Потом Юра чуть отклонился и, не выпуская меня из объятий, спросил:
- Тебе важно убедиться, что ты здорова? – я кивнула. – Поэтому на сегодня ты говоришь мне «нет»? – снова кивок. Его губы растянулись в улыбке, и хулиганистые бесята заплясали в глазах. – Но если врач подтвердит, что всё в порядке, других причин для отказа у тебя не будет?
Я растерянно пожала плечами, но вынуждена была согласиться: всё так. Но только вот где сейчас можно найти такого умельца? Пусть даже и коммерческого: конец рабочего дня для всех одинаков. Сомневаюсь, что лекари по лишаям и пиписькам работают круглосуточно.
Улыбка Юры стала шире, и мне почудился в ней оскал азарта. Кажется, он воспринял ситуацию как личный вызов.
- Пристегнись, - отпустил меня и тоже накинул ремень безопасности.
Я подчинилась. Мотор взревел. Автомобиль плавно выкатил из закутка и полетел. Да так, что меня в кресло вжало. Складывалось стойкое ощущение, что машина не касается колёсами дороги. И в какой-то момент померещилось, что сегодняшний день действительно последний в моей бренной жизни. Но бросив взгляд на Юру, я успокоилась. Он вёл автомобиль очень уверенно, движения его рук были лёгкими и чёткими: чувствовался большой стаж вождения.
Мы съехали с основной дороги, прокрались куда-то во дворы и остановились возле старой четырнадцатиэтажки. Её первый этаж был отведён под офисные помещения, и от многообразия ярких вывесок зарябило в глазах.
- Подожди здесь, - сказал Юра, вышел из машины и направился к высокому крылечку сбоку здания.
Никуда сбегать я, собственно, и не собиралась. От нечего делать стала рассматривать надписи на доме, выискивая информацию о частном медицинском кабинете. Скромный маленький прямоугольник «Коновалов Пётр Эдуардович» терялся среди громоздкой аляпистой рекламы.
«Это же не он, правда?» - вякнула было в голове надежда, но заткнулась при виде рядом с говорящей фамилией стандартного медицинского символа: плюющей в чашу змеи. Какая-либо ещё иная информация на табличке отсутствовала. Господин Коновалов мог оказаться как венерологом, так и стоматологом. Мол, кому надо, тот знает.
Седов вышел на крыльцо и взмахом руки поманил меня.
«Наш мальчик всё решил! – ехидно оживился чертёнок. – Сейчас тебя будет коновалить ветеринар. Или ветеринарствовать коновал?.. Сестрица, тебе как больше нравится?»
- Мне больше нравится, когда нос из-за сифилиса не грозится отвалиться, - буркнула я. – А там он будь хоть патологоанатомом. Главное – чтобы смог выявить переданные Славиком мне «презенты» от Зайчихи. И к тому же у ветеринаров символ другой.
Я вышла из машины и подошла к Седову.
- Не волнуйся, - сказал Юра, успокаивающе поглаживая меня по плечам. Но я особо и не боялась. Наоборот, мне показалось, что он переживает пуще моего. – Пётр Эдуардович мой давний знакомый. Врач от Бога, настоящее светило науки. Как я и предполагал, он использует свой частный кабинет по вечерам в качестве личной лаборатории: пишет очередную диссертацию. Поэтому зачастую засиживается допоздна. Проходи, я с ним обо всём договорился.
«Ого, Лариска, гордись! – пафосно закатил глаза чертёнок. – Сейчас у тебя между ног не абы кто лазить будет, а настоящее Светило! Ты главное, манденю свою не мой после этого: внукам показывать станешь…» - я мысленно отвесила ему подзатыльник (совсем берега попутал), и он, наконец, обиженно заткнулся.
Юра провёл меня внутрь здания и мягко впихнул в один из кабинетов. Сам же остался снаружи и плотно прикрыл дверь за моей спиной, словно отсекая пути к отступлению. Но это я и не планировала, хотя бы в силу того, что настоящих «светил» вживую никогда не видела. И мне было любопытно посмотреть на представителя данной элиты.
Кабинет оказался скромным и чистым: светлый кафель покрывал стены и пол. Пахло свежезаваренным кофе, что сразу навевало ощущение уюта и покоя. Вполне обычный частный медицинский кабинет: компьютерный стол, пара стульев и фикус. Однако основная его специализация мне пока была не ясна: ни гинекологического, ни стоматологического кресла в нём не обнаружилось. Но кабинет смежался с ещё, как минимум, двумя помещениями: на это красноречиво указывали две двери, расположенные друг против друга.
- Проходите, голубушка, не стойте на пороге, - послышался мужской голос, и я разглядела седовласого мужчину, почти полностью скрывавшегося за монитором компьютера.
