Я натянула на моментально скисшее лицо вежливую улыбку: мол, да-да, слушаюсь и повинуюсь. Сейчас как выйду, так сразу в лоб Юре и влеплю: «Пойдём, пожрём. Мне врач рекомендовал. А посему, вези меня, милой, у ресторан! ».
Не-не, все правила в силе, я помню. И рестораны также попадают под запрет. Потому что «всё временно». И да, «ничего у него не просить» сюда же.
«А дядька-то молодец! – восхищённо закатил глаза чертёнок. – Как лихо он тебе мадамский «сход-развал» сделал. Вот что значит Светило-о… У него, небось, и беременные также быстро рожают: зашла, «выплюнула», следующая. Ты, если второго надумаешь, к нему на учёт становись, поняла?»
Выйдя на улицу, я подошла к машине, распахнула дверцу и… остолбенела от аромата: на панели напротив пассажирского сиденья меня поджидала огроменная шаурма, стаканчик с кофе и какое-то то ли пирожное, то ли кусочек торта в прозрачном пластиковом боксе. Точно такой же набор стоял на торпедо перед Седовым. Сам он почти возлежал на руле и с тоской смотрел на эти гастрономические изыски «Еда на бегу». Перевёл взгляд на меня и умоляюще произнёс:
- Всё равно ждать нужно. Давай поедим?
Я села в машину и кивнула ему почти со слюнями благодарности на глазах: мой Герой! Не мужик, а мечта! Прям мысли мои читает!
Седов, видимо, боясь, что я начну скромничать, радостно всунул мне в руки такую соблазнительную, но вредную шаур-мяу с надписью на боку картонной упаковки «BIG SIZE». Которая будто говорила, мол, не удивляйся потом отражению в зеркале и что откуда взялось: тебя заранее предупреждали.
Решив не ломаться, я поблагодарила и принялась за еду. Юра тоже с азартом впился зубами в свою точно такую же вкуснятину. В первые минуты мы молча чавкали, хлюпали, сопели и хрустели. Хихикали, когда помогали друг другу вытереть соус с подбородков и носов. Как подростки. Хотя, скорее уж, как престарелые тинэйджеры.
Время бесед наступило с десертом. Юра очень уморительно рассказывал, как он лихим ураганом пронёсся по всем ближайшим точкам общепита, пока я была на приёме у врача. С искренним удивлением описывал перепуганных и впадающих в ступор продавцов, когда он врывался и требовал: «Еды! Срочно!» Недоумевал, когда я живо воображая всё это, покатывалась со смеху: голодный Юра в моих глазах выглядел страшно. Представляю, как бедные, не подготовленные к такому зрелищу люди начинали нестись кирпичами.
Полчаса пролетели незаметно. Пётр Эдуардович сбросил Юре сообщение на телефон, что «барышня может подходить за результатами».
- Давай спокойно доедим, а потом ты сходишь, - предложил Юра, заметив, как я изменилась в лице.
Но было уже поздно: пирожное встало комом в горле, и аппетит пропал. Впрочем, мгновенно улетучилось и то лёгкое волшебство, что сумел создать Седов. Ручки затряслись, ладошки вспотели… Время «икс» настало: идите, Лариса Батьковна, сдавайтесь на милость Светила. И да, пора бы сделать пометку в мозгу: «Купить себе тонометр». Здравствуй, начальная форма старости…
- Быстрее схожу, быстрее вернусь. Нехорошо заставлять его ждать: он наверняка хочет поскорее вернуться к своим исследованиям, - вздохнула я и вышла из машины.
Пётр Эдуардович обнаружился опять за компьютером.
- У вас ничего нет, анализы соответствуют здоровой, ухаживающей за собой, женщине, - бросил он, стоило мне только переступить порог кабинета.
У меня аж слёзы навернулись от облегчения: всё-таки это сильно меня беспокоило. Будто камень с души свалился. Славика на километр теперь к себе не подпущу. Всё, пусть валит к своей Зайчихе, псина шелудивая.
- В следующий раз, - поморщился доктор, – сделайте милость, не занимайтесь сексом перед врачебным обследованием: эти «живчики» чертовски отвлекают.
Краска от смущения залила меня, кажется, от пяток до кончиков волос на голове.
- Это произошло случайно… презерватив на Юре порвался… - принялась оправдываться я и тут же поняла, что с нервов самолично сдала нас с Седовым с потрохами. Но врач даже бровью не повёл: видимо, он сразу понял, кто «виновник» сего торжества.
А раз так, то нужно прекращать блеять, как овца, и воспользоваться ситуацией: потому что фармацевт в аптеке – одно, а Светило всё же лучше. Эх, сгорел сарай, гори и хата!
- Вот, кстати, по этому поводу, - произнесла я более уверенным тоном. – Можете что-нибудь порекомендовать для экстренной контрацепции?
Пётр Эдуардович смерил меня задумчивым взглядом:
- Так эти «молодцы» Юрины? Надо же, не узнал, не узнал… богатым будет. Смею вас заверить, что с ним вам никакие таблетки не нужны. Он… э-э… как бы выразиться… безопасен в этом вопросе. Несмотря на вдохновляющую подвижность, его «живчики» крайне привередливы и игнорируют своё предназначение в размножении. Седов уникум в некотором смысле… Но, судя по кольцу, он у вас не единственная в жизни особь мужского пола? Тогда вот, - он встал из-за стола, прошёл в кабинет с гинекологическим креслом, вернулся и протянул мне блистер с двумя таблетками: - Одну сейчас, другую через двадцать четыре часа. Можно раньше, но не позже.
