- Здравствуйте, - прозвучал в трубке весёлый мужской голос и, подражая кавказскому акценту, выдал знаменитую фразу из фильма: - Ларис Ивановну хочу!
- Э-э… Что, простите?.. – не поняла я.
Тишину вокруг меня стали прорезать одинокие смешки: то у одной выскочит, то у другой.
- Чего непонятного? – стал раздражаться мой собеседник. – Глухая, что ли? Я звоню по рекламе на сайте и говорю фразу для акции: «Ларис Ивановну хочу!»
Я плюхнулась на стул, отчаянно вращая в голове шестернями и пытаясь сложить одно к другому. И тут мне стало понятно, какой это сайт и что за акция такая: при моём телооседании стол качнулся, монитор вышел из спящего режима и явил мне разъяснения в полном объёме.
В корпоративном чате, кем-то очень «любезно» развёрнутом на весь экран, красовалось рекламное сообщение с ссылкой на сторонний сайт.
Вид у рекламы был очень живописный: на гиф-картинке в эротичной позе сидела скорее раздетая, чем одетая девица и ритмично качала головой в такт появляющемуся тексту по бокам от её форм и прелестей. Суть текста сводилась к следующему: «Любишь девок поспелее? Позвони ты мне скорее! Скидку я тебе торчу, кричи «Ларис Ивановну хочу!» Только сегодня, только сейчас скидка девяносто процентов!»
Не очень складно, но основная шокирующая суть была не в тексте, а в том, что к телу распутницы была приделана моя(!) голова. И выходило, что фривольно улыбалась и подмигивала на гифке ваша покорная слуга.
Я сидела ни жива ни мертва: мне на темечко точно самосвал с навозом уронили, не меньше. Эмоции внутри взметнулись и закружились в урагане: боль, стыд, обида, гнев… Главное – не расплакаться… не вздумай зареветь, Лара, слышишь?!
Чисто механически я щёлкнула на ссылку в сообщении и оказалась на каком-то сервисе предложения платных интим-услуг. В заполненном на моё имя профиле были: пять фото чрезвычайно откровенного характера и, конечно же, с моей рожей на каждой; указана стоимость часа, ночи и суток «моих» услуг; обозначены профессиональные знания и умения как жрицы-любви. Я, если честно, некоторые слова-то с трудом прочитала, не говоря уже о том, чтобы знать, что это такое.
Чувствуя, что пылаю лицом как никогда в жизни, я закрыла браузер. Мой телефон надрывался входящими звонками от мужиков со спермотоксикозом, корпоративный чат захлёбывался гневными сообщениями от возмущённых сотрудников с требованиями «не превращать фирму в бордель, уволить сотрудницу, которая позволяет себе подобное, не обременённое социальной ответственностью, поведение». А я сидела, раздавленная несправедливостью всего мира, и не знала, что же мне теперь со всем этим делать.
- Лариса, какая интересная у вас вторая работа… - не выдержала и ядовито пропела Леночка. – Или она основная?
- Это хобби!
- Самозанятость! – полетели предположения со всех сторон.
- Ой, девочки, что-то я уже запуталась совсем… - наигранно вздохнула Зловредка, и все тут же вновь поддержали её дружным хохотом.
Я в ответ промолчала, ощущая, как слёзы начинают застилать мне глаза. Сжала крепче губы и укусила внутри их, пытаясь удержать себя в руках, чтобы не разреветься и не начать орать на эту ехидно хихикающую мразь. К бабушке чертёнка не ходи, это Ленкиных рук дело. Но доказательств у меня опять не было.
- Вы можете сделать с этим, наконец, что-нибудь?! – потеряв терпение добиться от меня реакции, злобно рыкнула Зловредка, ткнув в сторону моего незамолкающего телефона. – Прекрасно, Лара, что вы пользуетесь спросом, но ваше «хобби» мешает нам, приличным женщинам, выполнять свою не столь увлекательную работу…
Тут мой взгляд выцепил в корпоративном чате сообщение от администрации, адресованное лично мне и которое могла видеть только я: «Администратор Никита: «Лариса, где тебя черти носят???!!! Не могу тебе дозвониться, срочно перезвони!!!!!» - именно так, с кучей восклицательных знаков.
Я вскочила, схватила телефон и рванула на выход, чудом не снеся в дверях Седова, ошарашенно уставившегося на меня. А вслед мне из кабинета понеслось мерзкое хихиканье Леночки в хоре прихлебал, думающей, что она меня сумела-таки достать. Но действительность была совершенно другой: я торопилась спрятаться в туалете и спокойно поговорить без свидетелей с тем, кто реально сейчас мог помочь мне выплыть из этого говнища, с Никитушкой.
Влетев в туалет, я быстро проверила, что все имеющиеся в наличии кабинки пусты и заперлась в одной из них. Скрепя сердце, отключила полностью звук на своём мобильном: меня уже предупреждали, что для него подобное действие может быть последним, «старичок» вполне может приказать долго жить. Но сейчас, действительно, другого выхода не было: в ушах уже звенит.
