«
– …что я собираюсь быть полностью откровенным. Я не всегда был таким с тобой, и это было ошибкой. Хорошо?
Она кивнула.
– Это значит, что я не собираюсь даже думать о том, что у нашей истории может быть плохой конец. Ты понимаешь, что я имею в виду?
Она снова кивнула.
– И я буду видеть тебя каждый день. Научусь готовить больше блюд, буду упаковывать тебе ланч и вкладывать туда милые записочки. Я буду спрашивать, где ты хочешь переночевать: у себя или у меня, и при этом всегда предполагать, что мы проведем ночь вместе. Я буду думать о тебе, все чертово время, и поливать твои растения, когда тебя нет в городе, и держать тебя за руку на людях. Я собираюсь поцеловать тебя на публике и организовать для тебя вечеринку-сюрприз. Буду отправлять сотню сообщений в день с глупыми картинками, которые, по-моему, тебе стоит увидеть. Я чертовски прилипчивый, Рута. Ты сможешь это сделать? Ты сможешь жить со мной как со своим парнем?
Это слово казалось таким же недостаточным, как и то, что они будут
– Я очень плохо отвечаю на эсэмэски, и не люблю вечеринки с сюрпризами. Но остальное... – она улыбнулась. – Да, я согласна.
Эли наклонился к ее уху.
– И я собираюсь сделать с тобой ужасно неприличные вещи.
У нее перехватило дыхание.
– У тебя неуемное либидо.
– Как и у тебя.
– Верно.
Эли отстранился. Рута запечатлела нежный поцелуй на его большом пальце, хотя ее глаза были серьезными, когда она предупредила:
– Со мной не будет легко.
Эли знал это, и был вполне доволен. Больше всего на свете он хотел изучить в мельчайших деталях сложную, непостоянную девушку своей мечты.
Он наклонился для поцелуя, перед этим сказал:
– Могу представить судьбу и похуже.
ЭПИЛОГ
РУТА
Я уткнулась в подушку и стиснула зубы, но голос все равно прозвучал пронзительно и отчаянно:
– Ненавижу это.
– Правда? – Эли все еще не двигался внутри меня, но провел тыльной стороной ладони по позвоночнику, успокаивая мою дрожь. Это не сработало, потому что другой рукой он прижимал мои запястья к матрасу. – А мне нравится.
Еще бы! Он кончил. Дважды. И там, где пожелал – то есть в моем влагалище. А я до сих пор нет. Прошло уже несколько часов, и я была дрожащим, неудовлетворенным беспорядком. Когда Эли становился таким – напористым и властным, овладевающим, и я просто не могла. . .
Я застонала в подушку.
– Тебе правда не нравится? – прошептал он мне на ухо.
– Да, – соврала я.
– Бедная моя девочка, – он прищелкнул языком. Я была готова убить его, как только он меня отпустит. Как только позволит кончить. – Почему это?
– Это слишком? – он потерся носом о мою шею, и из-за этого движения член скользнул еще глубже. Так приятно, что я была готова заплакать. Я и на самом деле находилась на грани. – «Брокколи», детка?
– Нет! Просто...
– Просто?
Я прижалась задницей к его паху. Эли приглушенно проворчал и схватил меня за бедро, удерживая на месте.
– Почему ты прижимаешься ко мне, милая? – он поцеловал меня в плечо. – Мы оба знаем, что ты все равно не можешь кончить в такой позе.
– Тогда почему бы тебе просто не позволить мне перевернуться?
– Потому что в такой позе могу кончить я. А я хочу сделать это вместе с тобой… попозже.
– Пожалуйста, – захныкала я умоляюще и в тоже время разочаровано. – Мне нужно...
– Я точно знаю, что тебе нужно, не надо мне говорить, – Эли легонько укусил меня за мочку. – Я оскорблен, милая.
– Тогда почему бы тебе не...
– Потому что мне весело. Хочешь, чтобы я прекратил, просто скажи слово.
Я могла бы, и делала это раньше, когда становилось уже чересчур, когда чувствовала, что вот-вот вылезу из собственной кожи. И Эли останавливался, не задавая вопросов. Я представила, как он развернет меня, доведет до оргазма ртом, а потом будет долго укачивать в объятиях, пока я не оттолкну его или не засну, смотря что случится раньше.
Я сказала, что ненавижу, когда Эли так долго не дает мне кончить, и, тем не менее, мне слишком это нравилось, чтобы отказаться. Да и зачем просить, когда есть способ получить то, что хочу? Нечестный способ. Манипулятивный. Но находчивый. Я точно знала, как подействует на Эли то, что скажу, и пробормотала это в подушку.
Эли замер. Уткнулся лбом мне между лопаток и спросил:
– Что ты сказала?
Я подняла голову и четко повторила:
– Я люблю тебя.
И все переменилось. Я почувствовала, как внутри меня дернулся член. Эли сильнее сжал мое бедро и прерывисто вдохнул. В нем бурлило возбуждение. Прошел год, а эффект от этих слов еще не стерся.
– Ладно, знаешь что? Думаю, хватит играть. Хочу посмотреть на тебя. Давай просто... – он отпустил мои запястья и развернул так быстро, что голова закружилась.