Флоренс: Ты в порядке? Я застряла с Соммерсом и его женой. Пожалуйста, скажи, что Эли Киллгор тебя не преследует.
Рута: Я в порядке. Мы с Эли просто ведем светскую беседу.
Флоренс: Просто извинись и отойди от него. Ему НЕЛЬЗЯ доверять.
– Мне нужно подышать свежим воздухом, – сказала я.
Эли указал на что-то, что я не могла толком разглядеть. Я заколебалась, и тогда он положил руку мне на поясницу и направил сквозь толпу к каменному балкону. Он выходил в небольшой внутренний дворик, к бассейну и чему-то похожему на...
– Гребаные поля для гольфа, – пробормотал Эли.
Смех вырвался из меня, прочищая голову. В кои-то веки температура воздуха была терпимой, ночь ласкала мою кожу ароматом и прохладой. Приглушенная стеклянными дверями, даже музыка казалась почти приятной. Я прислонилась к стене, запрокинув голову, чтобы полюбоваться звездным небом. Эли сделал то же самое оперевшись на высокие перила, повернувшись ко мне лицом. Он выглядел скучающим, но я знала, что это не так, и его ответы на обязательные вопросы в приложении вспыхнули у меня в голове. На вопрос, готов ли он к сексуальным экспериментам и играм, он ответил: «По договоренности».
Я умирала от желания узнать обо всем этом побольше. Но Флоренс была права - ему нельзя было доверять.
– Твой брат отстал от тебя? – спросил он.
Я кивнула.
– У тебя есть план действий на случай, если он появится в твоей квартире, или в «Клайн», или в твоем спортзале? – его голос был грубым, словно жалел, что спрашивает, но ничего не мог с собой поделать.
– Не могу поверить, что я обманула тебя, заставив думать, что я любитель спортзалов. – Это была слабенькая попытка поддразнить. В первую нашу встречу Эли хорошо на них реагировал, но выражение его лица было серьезным. Строгий руководитель лаборатории, требующий объяснить, почему культура моих бактерий внезапно распространилась огромными каплями по всему городу. – Я узнала у знакомого юриста, какие у меня есть варианты. Но четкого плана у меня нет.
– Продумай, – приказал он. А потом покачал головой, потер глаза и повторил более мягко: – Может быть, тебе стоит его подготовить.
– Все не так просто.
– Тебе нужно кому-нибудь позвонить, если...
– Как насчет того, чтобы я позвонила тебе? – пошутила я.
– Да, пожалуйста. Пожалуйста, черт возьми, сделай это. Дать мой номер сейчас или? … – он уставился на меня, ожидая ответа, а затем его взгляд смягчился. Между нами пронесся ветерок, а он продолжал смотреть, смотреть, смотреть…
– Мне становится не по себе, когда ты так делаешь, – тихо сказала я.
Он отвернулся, тяжело дыша.
– Прости, – он сглотнул. – Я забываю смотреть куда-либо еще, когда ты рядом.
– Уверена, что делаю то же самое.
Он беззвучно рассмеялся.
– С тобой такое раньше случалось?
Сначала я инстинктивно покачала головой, затем заставила себя притормозить и подумать об этом. Меня и раньше привлекали мужчины, но влечение было сознательным выбором с моей стороны, чувством, которое нужно отслеживать, подпитывать и систематизировать. Результатом сосредоточенности и совершенствования, а не этот поток, готовый утащить меня за собой под воду.
– Не в такой степени. А у тебя?
– И у меня. – Его длинные пальцы барабанили по металлическому поручню в почти медитативном ритме. – Знаешь, что забавно? Некоторое время назад я чуть было не женился.
Я представила, в какую женщину он мог бы влюбиться, но в воображении сложился лишь смутный образ кого-то привлекательного, умного и общительного. Милая, здоровая девушка, готовая утолить его скрытый, нетерпеливый голод. Гордая владелица солидного инвестиционного портфеля, способная нежно, но в тоже время твердо сказать, что спорт, которым он увлекается, травмоопасен.
– Мне очень жаль, – сказала я, и когда Эли тихо рассмеялся, добавила: – Я не пыталась сумничать. Но «почти женился» подразумевает, что что-то пошло не так.
– У нас определенно ничего не вышло, но это к лучшему. Думаю, она бы тоже согласилась. Но с тех пор, как я встретил тебя, я думал... – он резко замолчал и посмотрел в сторону городских огней, где особо выделялись редкие небоскребы.
– Что?
– Я попытался представить, что было бы, если мы с ней поженились. Мы вместе, любим друг друга, мы семья, а потом я случайно встречаю тебя и… – он перестал блуждать взглядом по пейзажу и вернулся ко мне. – Как чертовски это было бы трагично. Для меня. Для нее. Я никогда никому не изменял, но это влечение между мной и тобой… Эта тяга никуда бы не делась. Я все равно думал бы о тебе. Считалось бы это изменой? Как бы я справился? Что бы я со всем этим, – он махнул между нами, и я твердо знала, что он имеет в виду гравитационное поле, в которое мы оба были втянуты, – делал?