Я сделала шаг назад, собираясь идти за веником, но Владан взял меня за локоть и развернул к себе, и на мгновение я решила, сейчас он меня поцелует. Но он, глядя исподлобья, сказал тихо, с той насмешливо-ласковой интонацией, которая иногда появлялась у него в разговоре с детьми или стариками:
– Она права.
– Кто, Маринка?
– Конечно, Маринка, – усмехнулся он. – Каждый день я твержу себе: даже не думай. Не будь последним идиотом. Испоганишь все, что только можно.
Он привлек меня к себе и поцеловал в макушку, но от этого стало даже хуже, передо мной был привычный Владан: непробиваемо спокойный, ироничный. И этот вполне себе отеческий поцелуй не имел никакого значения: Маринка могла не беспокоиться, даже если б он с утра до вечера награждал меня ими у всех на виду.
– Я, пожалуй, здесь останусь, – заявил он. – Выяснение отношений отложим на завтра. Сегодня говорить с Маринкой – точно с горгоной Медузой, испепелит раньше, чем я слово скажу. Тебя отвезти домой?
Очень хотелось принять это предложение, но я точно знала: все мои надежды напрасны, по дороге мы будем молчать или говорить о работе, он высадит меня возле подъезда, все с тем же отеческим поцелуем или просто улыбнется, подмигнет, мол, жизнь прекрасна, продолжим наслаждаться ею.
– С какой стати? – удивилась я, вполне, как мне казалось, натурально. – Ладно, пока. Если уж остаешься здесь, подотри пол.
Я взяла сумку и направилась к двери. Мне очень хотелось оглянуться, но я знала, что не оглянусь. Но, подойдя к машине, подумала: вдруг он тоже загадал? И обернулась.
Владан стоял возле окна, сунув руки в карманы брюк, и в груди вдруг защемило от бесконечной нежности к нему. Я нарисовала в воздухе сердце, а потом послала ему воздушный поцелуй. Он засмеялся и помахал мне рукой.
Сев в машину, я не торопясь тронулась с места, все еще глядя на Владана в ярко освещенном окне, но как только офис остался за поворотом, резко затормозила и заорала в голос, беспомощно барабаня руками по рулю.
К чести моей сказать, длилось это недолго, до тех пор, пока я не подумала: «Нашла место, где истерики закатывать, завтра весь район будет строить догадки, отчего я торчала в машине и вопила, точно ошпаренная».
Я торопливо вытерла слезы и поехала дальше, стараясь не думать о Владане, ни о чем не думать. Что такого особенного случилось? Сегодня ничуть не хуже, чем вчера. Нет, в тысячу раз лучше: он меня поцеловал. Если бы нелегкая не принесла Маринку… Но вместо досады на соперницу зрело, обдавая холодом в груди, беспокойство, причину которого я не могла понять.
Мы на тех же позициях, Маринка злится, но терпит, я надеюсь и тоже терплю, Владан относится к ситуации с юмором и не собирается ее менять. Все вроде бы так…
Меня напугал его взгляд. Допустим… Я словно вступила на запретную территорию, что он там сказал… «испоганишь все, что только можно». Господи, да почему? Их отношения с Маринкой гораздо серьезнее, чем я могла бы предположить? Он ей чем-то очень обязан? Или дело во мне? Все эти вопросы грозили остаться без ответа.
Между тем я уже заруливала в родной двор и с удивлением увидела Бада, который прогуливался возле моего подъезда. Заметив мою машину, он пошел навстречу, приветливо помахав мне рукой. А я подумала: его появление очень кстати. Не хотелось бы сейчас остаться одной. И еще. С Бадом можно поговорить о Владане, с папой тоже можно, но не так. Отец непременно заявит: Владан взрослый человек и ведет себя как раз таки соответственно.
– Привет, – сказала я, выходя из машины. – Тебя мне Бог послал, большое Ему за это спасибо.
– Вообще-то это была Маринка, но Господь всемогущ, запросто может прикинуться кем угодно.
– В каком смысле Маринка? – нахмурилась я.
– В буквальном. Позвонила и сказала, чтобы я тебя срочно разыскал. Я как раз собирался звонить, не обнаружив тебя дома.
Я чертыхнулась, а потом спросила:
– Как ты смотришь на то, чтобы напиться?
– Всегда готов. Предлагаю определиться с выбором: интеллигентно пьем, весело бухаем или мрачно квасим?
– Я в затруднении. А можно весело бухнуть, а потом как получится?
– Мой любимый вариант. Садись в машину.
– Мне не надо переодеться?
– Ты прекрасна в этом скромном платьице за тысячу баксов.
– Всего пятьсот, – сказала я, устраиваясь рядом с ним в «БМВ».
– Я пытался сделать комплимент.
– Откуда такие познания?
– Предыдущие подружки научили меня разбираться в тряпках. Было жутко интересно, на что я трачу свои кровные.
– Что значит «предыдущие»? – удивилась я. – Твоя нынешняя девушка не стремится тебя разорить?
– Моя нынешняя увлечена одним типом и на меня даже не смотрит, – засмеялся он.
– Надеюсь, ты не меня имеешь в виду? – насторожилась я.
– А кого еще?
– Глупость какая…
– Да? Слышала выражение «сердцу не прикажешь»? Это как раз про меня.
– Ладно, будем оплакивать нашу несчастную любовь, чем не повод как следует набраться.
