Передо мной — только что сформированная долина, раскинувшаяся меж двух горных хребтов. Они ещё подрагивают, возмущаясь, что их заставили разойтись в стороны. Теперь посреди освобождённого пространства несёт, упруго ревя, грязно-бурые воды только что родившаяся река. Она заканчивается чуть дальше, в сотне с лишним миль к югу, спотыкаясь и падая бурным, свирепым водопадом.
По пронзительно синему полуденному небу расходятся круговые волны Силы. Они расшвыривают облака, рассеивают их, размазывают по синеве.
Небо тоже дрожит — как и земля. Молнии, возникающие без грозы и прямо посреди ясной синевы, падают на горные пики, высекая из них искры…
— Ну как, нравится? — раздаётся голос у меня в голове.
Я оборачиваюсь и вижу сестру. Это Аулэ.
Она выглядит почти также, как я. Разве что синеватая кожа гладкая, а не грубая, покрытая алыми чешуйками. Широкая грудная клетка и плечи, узкая талия. Торс скрыт под лёгкой одеждой, подчёркивающей высокую грудь.
Длинные ноги, длинные и узкие ступни, облачённые в мягкие сапоги, колени выгнуты в обратную сторону. Руки — почти человеческие, но кисть состоит из четырёх хорошо развитых пальцев, причём оба крайних — большие.
Вытянутая голова имеет на макушке костяной щиток, из-под которого растёт длинный пучок толстых отростков. Это не волосы, а «тенеры» — орган, позволяющий нам с братьями и сёстрами связываться телепатически и держать контакт на больших расстояниях.
Глаза Аулэ светятся синим, а ушей, рта и носа нет вовсе. Я знаю это, хотя и не вижу — нижняя часть лица сестры скрыта за механической полумаской.
— Нравится, — отвечаю я. — То, как мы можем плавить этот мир, поражает. Ни одной фантазии не хватит, чтобы описать это чувство.
— Понимаю тебя, Зеал, — «смеётся» Аулэ. — Приятное ощущение, не так ли?
— Да.
Через мгновение мы слышим у себя в головах голос — за несколько секунд до того, как по площадке проносится тёплый ветер, и в самом центре круга, сверкая молниями, закручивается вихрь портала.
— Вы его испытаете ещё не раз, дети мои. Мы только начали.
Яркая вспышка разбрасывает искры — и оттуда появляется Отец.
Он похож на нас лишь формой тела — но и только. Плоть, которая облекает его дух, не сплошная — её куски соединены первородной энергией, которую Он принёс в этот мир из-за астрального моря. Местами дух отца, его энергетический каркас, Источник, аура, покрыты кристаллическими наростами, местами — постоянно трансформирующейся стихией. Пси-поле, которое окружает Его, является ещё одним слоем личности того, кто создал нас…
— Отец, — мы встаём на одно колено, приветствуя родителя.
— Встаньте, — требует он, смеясь. — Сколько же мне повторять — вам нет нужны преклоняться передо мной. Вы — Вечные, те, в ком есть часть меня. А значит, у вас те же права и обязанности.
От осознания того, что Он приравнял нас к себе (пусть и небольшой частицей), у меня в груди становится тепло. Получить похвалу от того, кто пересёк Астральное море не течениями, но против них! От того, кто извлёк сам космос из своей души и создал этот мир!
Похвала от такого существа ценна сама по себе, но Сила, заложенная в ней, крохи энергии Отца, которыми он делится, когда произносит добрые слова — это то, что питает нас, его детей…
Я смотрю, как он оглядывает окрестности и удовлетворённо кивает.
— Хорошее место. Красивое. В нём чувствуется душа… Зеал, ты молодец. С каждым разом у тебя получается всё лучше и лучше…
Новая похвала вновь вызывает во мне прилив чувств.
— Рад, что тебе нравится, отец!
— Ты быстро научился использовать силу Кузни на полную мощь, Первый, — замечает Он. — Но она может не только плавить мир, ты ведь понимаешь?
— Разумеется, отец.
— Думаю, ты достаточно освоил мой подарок, чтобы попробовать работу потоньше.
Отец вытягивает руку, заставляя огромный шар энергии сжаться в точку, и впитаться в его тело, а затем возвращает на место. Он пропускает через себя всю мощь Кузни, способной развоплотить меня, настолько легко, что по коже пробегает дрожь от очередного напоминания силы нашего Создателя.
— Я не… Я не знаю… — предложение застаёт меня врасплох. Я не совсем понимаю, о чём Он говорит. — Наверное.
— Дорогой мой Зеал! — я чувствую тепло в голосе Отца. — Жизнь — это не только созерцание и порядок, который мы даруем природе! Не избирательность нескольких высших существ, которые наблюдают за статичным спокойствием космоса! Жизнь — это нечто прекрасное! Самобытное, иногда хаотичное, наполненное эмоциями. Жизнь — это то, что есть в каждом уголке вселенной! В разном виде — но в наших силах сделать так, чтобы именно здесь и сейчас жизнь стала тем, чем она должна быть.
— И чем же?
— Свободой. Радостью. Горем. Развитием. И простых долин, морей, рек, лесов, ледников и пустынь для этой цели мало.
— Что же нужно ещё?
— То, что будет эту жизнь творить и поддерживать. Без нашего вмешательства. Существа, которые наполнят этот мир красками, эмоциями, ощущениями и свободой!
— Существа? — непонимающе спрашивает Аулэ, и я тут же чувствую её радостное возбуждение. — Такие же, как мы?!
