Разглядывая прекрасный залив, чувствуя приятные прикосновения тёплого ветра к коже, я то и дело бросаю взгляды на приближающийся парящий остров и продолжаю абстрактные размышления — просто чтобы не прогонять в уме план в тысячный раз и не нервничать.
Конечно, хорошо было бы подготовиться получше. Развить магию хотя бы до уровня Велар, собрать сторонников, заручиться поддержкой других Сейнорай, начать ослаблять влияние Хайсамы и наносить ей аккуратные удары исподтишка, чтобы она не понимала, кто её кусает, и откуда…
Но времени не было — я чувствовал это.
С момента, как Айрилен и мои друзья оказались в руках Владеющей, и так уже прошло больше двух месяцев. Кто знает, что она с ними сделала? Кто знает, что сделает в скором времени? Как долго они будут нужны ей, прежде чем Велар избавится от них?
Судя по рассказам, эта Хайсама была неоднозначной личностью — как и большая часть Владеющих. Она правила землями под своим Элларом справедливой, но жёсткой рукой, и за это её уважали местные жители. А вот те, кто столкнулся с Хайсамой лбами, отзывались о ней не лучшим образом.
Наглая, дерзкая, своевольная, не признающая авторитетов, безбашенная — самые лестные из эпитетов, характеризующие её.
Сейнорай этой части Свободного Анклава, фактически, подчинялись ей. Как и каждому Владеющему, собственно, контролирующему определённую территорию Анклава. Но контроль этот напоминал, скорее, тиранию.
Хайсама забирала редкие книги, ценные артефакты и рабов у тех Сейнорай, которые имели собственные земельные наделы и Эллары, но были слабее Владеющей… Она носилась по востоку континента словно вихрь, останавливаясь то тут, то там, рыская по древним развалинам и постоянно пытаясь добыть новые и новые Осколки у других Владеющих.
По слухам, около десяти лет назад ей удалось присоединить к своему осколку другой, которым владел один из Велар, живущий отшельником в сотнях лиг к северу. Как он отдал такое сокровище ей — никто не знал…
Хайсама редко появлялась в обществе, была жестока в бою, не пила спиртного, не имела любовников. Она занималась исключительно магией и собственным развитием. Половину времени эта странная женщина проводила в своём Элларе, проводя с магией и живыми существами невероятные эксперименты — по слухам, иногда даже используя капли из Астрального моря… Вторую половину времени она странствовала по землям Свободного Анклава и дальше, разыскивая артефакты древних и, по тем же слухам, управляла одним из магических Орденов, о которых в своё время мне рассказала рыжая Эйса.
При воспоминании о девушке у меня на губах появляется улыбка. Странная она всё же. Интересно, как у неё дела, всё ли хорошо?
Хотя… Какое мне дело, если уж быть откровенным до конца с самим собой?
Тряхнув головой, я отгоняю от себя пространные мысли.
Как бы там ни было — по всей видимости, Хайсама и её люди не знают, кто я такой. Никто из них ни разу не видели меня, не считая тех людей в замке, но вряд ли в том нестриженном и грязном оборванце в обносках можно узнать представительного Сейнорай, который сейчас поднимается к крепости Хайсамы.
Проклятье, да я даже решил единственную проблему, которая могла меня выдать — скрыл перчатку и заглушил её эманации!
Оказалось, что Хам, который так ловко «спрятал» перчатку тогда, в замке, заодно укрыл её и от магического взора! Вот почему те колдуны не обнаружили её — хотя сканировали меня!
Установить этот факт удалось совершенно случайно, во время одного из ужинов с Зеллером. В тот вечер Хам спал на моей руке, обвив перчатку, и колдун, едва войдя в трапезную, застыл будто поражённый молнией.
— Х-хэлгар… — заикаясь, произнёс он тогда. — К-куда… К-куда пропала перчатка?!
Страха в его голосе было столько, что я поневоле и сам забеспокоился — но стоило только разбудить Хама, как колдун ощутил резонанс могущественного артефакта. Вскоре мы разобрали произошедшее и сочли весьма удачным тот факт, что у меня имеется такая маскировка.
В тот вечер и родился наш план.
На самом деле зверёк, которого Зеллер приметил в первую нашу встречу и обозвал Рилаем, оказался весьма и весьма непростым.
Я выяснил, что Рилай — чрезвычайно редкий вид, который практически невозможно встретить. Всё дело в том, что пару тысяч лет назад их практически полностью истребили из-за невероятно полезных свойств организма этих зверьков.
Свойств, которые сохранялись в частях тела на сотни лет после убийства несчастных созданий…
Рилай практиковали меж собой телепатическую связь — и местные колдуны наловчились создавать из мозга зверьков средства связи. Эти милые создания могли экранировать магическое поле любой силы — и этим тоже пользовались, чтобы создавать амулеты, а иногда и целые накидки, позволяющие скрыть огромную магическую мощь.
Из крови зверьков варили сильнейшие восстанавливающие зелья, а их зубы из-за дизенфецирующих свойств ценились во стократ дороже изумрудов и золота.
Так что мне, можно сказать, сильно повезло.
