Не выходи из дома полностью

Наконец Джек вернулся в дом. Дженна все еще возилась на кухне, расфасовывая в коробки для завтраков маленькие упаковки с кусочками ананаса и вафли «Киткат». Кроме того, она приготовила сэндвичи с цыпленком и майонезом для двойняшек и с ветчиной и солеными огурцами – для Джоша, плюс нельзя было забыть про йогурты, удостоверившись, что каждому достался его любимый вкус.

– Где собака? – спросил Джек, закрывая за собой дверь.

– Наверху, с Пейдж, – ответила Дженна. Он снова собрался на свою ночную прогулку по пляжу? – Я налила тебе вина.

Джек посмотрел на бокал и кивнул. Лицо его было напряженным, он старательно отводил глаза, и Дженне внезапно захотелось закричать или швырнуть в него чем-нибудь.

Вместо этого она продолжила заниматься завтраками, ожидая, когда муж нарушит молчание.

Не притронувшись к вину, Джек пошел и закрыл двери кухни. Поскольку двери были стеклянными, то им было видно, что происходит в гостиной, и они узнали бы, когда появится кто-то из детей. Так они делали, если хотели уединиться, но не в спальне.

– Нам нужно поговорить, – произнес Джек. Он был бледным, почти измученным, словно разговоры сейчас нужны были ему меньше всего.

Дженна смотрела на него, а сознание темнело от ужаса при мысли о том, что он сейчас скажет. Это касается бизнеса, быстро сказала она себе. Что-то пошло не так, они потеряли все свои деньги, придется уехать из этого дома. Если так, это будет облегчением. Бороться с банкротством, потерять мечту – это выполнимо. Остальное – нет.

– Как-то сгладить не получится, – резко начал он. – Я пытался придумать, как сказать помягче, но… Думаю, единственный способ – сказать, как есть.

Дженна застыла, опустив голову в ожидании удара.

– Я ухожу, – тихо произнес Джек.

Она почувствовала, как ее шатает. Понятно, что она не ослышалась, вот только принять эти слова не получалось, в противном случае весь ее мир разлетится на куски.

– Прости, – промямлил он. – Я… не хотел, чтобы так получилось…

– У тебя четверо детей, – заявила Дженна, словно он мог забыть.

Джек вздрогнул, но смог твердо ответить:

– Думаю, для них будет лучше, если я уйду.

Он на полном серьезе это сказал? Он правда убеждает себя, что детям будет лучше, если папа уйдет?!

– Я буду с ними видеться, – продолжил он. – Все время. Просто… просто не буду больше жить здесь.

Она прижала руку ко лбу. Этого не может быть. Не может быть, чтобы он все это произносил на полном серьезе. Что-то просто нарушилось в ее испуганном мозгу.

– А где ты будешь жить?

Джек сглотнул.

– В Суонси. С Мартой.

Несмотря на все подозрения, имя ударило по ней с такой силой, что Дженне поплохело.

Она смотрела на Джека и не могла придумать, что сказать или сделать. Такое ощущение, будто у нее отключились реакции и она парализована страхом. Ей нужно отодвинуть от себя эти слова, чтобы они стали бессмысленными, чтобы их вообще не было, иначе она сойдет с ума.

– То есть, когда я спросила тебя, есть ли у тебя кто-то, ты солгал?

Джек молча смотрел на нее.

– Ты лгал, изменял, а теперь тебе хватает смелости стоять тут и говорить, что ты уходишь?

Он не пытался защититься.

– Как это так, Джек? – закричала она срывающимся голосом. – Просто сказать мне, что ты вот так возьмешь и уйдешь…

– Это не просто, – прорычал он. – Господи, да это самое сложное, что мне приходилось делать в жизни, но я не могу притворяться и дальше…

– Притворяться! То есть это для тебя все притворство? Я, наш брак, наши дети…

– Ты знаешь, что я имею в виду.

– И что же?

Он вздохнул, но не ответил. Дженна увидела слезы в его глазах, ей захотелось его стукнуть.

– Что ты имеешь в виду? – взвилась она.

– Пожалуйста, не заставляй меня говорить вещи, которые я предпочел бы не говорить. – Голос Джека дрожал.

Дженна почувствовала, что не готова допытываться и дальше. Ему не нужно ничего говорить, она и сама догадывается, о чем речь, и почти наверняка скорее умерла бы, чем услышала такое.

– Ты нам лгал, предавал нас и теперь, поскольку ты не можешь притворяться, бросаешь нас здесь, а мы будем расхлебывать произошедшее, пытаться понять, где мы ошиблись, и все потому, что у тебя встал на другую бабу…

– Дело не только в этом, – тихо перебил он ее. – Ты же не думаешь, что я ушел бы только из-за этого?

Дженне оставалось лишь молча смотреть на него, пока внутри все разбивалось вдребезги. У них с Мартой все серьезно. Он ее любит.

Накатила паника. Дженна тряслась и задыхалась, по щекам текли слезы. Внезапно она поняла, что у нее в руке нож. Хотелось воткнуть его в Джека, чтобы он истекал кровью и кричал от боли так же, как сейчас она сама внутренне истекала кровью и кричала от боли.

– И сколько это длится? – услышала она собственный голос.

Он закрыл рот ладонью.

– Какая разница…

– Сколько, я спрашиваю!

– Фактически с самого нашего приезда.

Еще более сильный шок разрывал ее сердце. Как он мог водить ее за нос почти целый год, а она ничего не заподозрила?