Как только омега скрылась за дверью, к Ане подошел Томас.
— Ты удивила их, — сказал он негромко.
— Чем?
— У тебя железные нервы.
— Это результат дисциплины.
— И всё же... его запах давил на тебя?
Ана внимательно посмотрела на леопарда.
— Конечно. Я же простая омега.
Томас усмехнулся.
— Ты управляешь страхом. Это хорошо, но страх не единственное, что тебя может выдать.
— А ты всегда говоришь загадками?
— Нет. Обычно я просто беру то, что хочу. Но с тобой все сложнее. Ты заставляешь хотеть понять.
— Не старайся, я не хочу, чтобы ты понимал.
— Поздно. Я уже чувствую. То, что скрывается внутри, это не заяц.
Ана замерла, но не подала виду. Томас больше ничего не сказал, только кивнул и ушёл.
Минут через пять вышла Лея. Она держалась за стену, а дыхание сбилось, будто пробежала всю Академию.
Ана тут же подошла к подруге.
— Ты в порядке?
— Что? Нет... Не знаю, — белка с трудом выдавила улыбку. — Таррен. Он стоял так близко. Я едва не разревелась.
— Это было не обязательно.
— Да! Но он смотрел, как будто... как будто хотел разорвать меня. — Белка прислонилась к колонне и шумно вдохнула. — Думала, у меня сердце выскочит.
Ана молчала. Лея говорила быстро, срываясь, словно пыталась выговорить страх, пока он ещё не осел в груди.
— Я трусиха, да? — наконец спросила Лея.
Ана слабо усмехнулась, но ничего не сказала. Вместо этого коснулась плеча подруги и повела её к выходу.
Проводив Лею в комнату, Ана направилась в столовую. Её шаги были ровными и уверенными. Слишком уверенными для омеги, только что прошедшей через испытание инстинктов.
Она не успела дойти до поворота, как чья-то рука сомкнулась на её запястье и потянула в сторону. Спина ударилась о каменную стену, но не сильно просто жёстко. Она не вскрикнула, только коротко втянула воздух. Перед ней оказался Таррен. Он стоял близко. Настолько близко, что она прекрасно чувствовала запах его кожи. Волчья сила, острая, как укус, пряталась под сдержанным тоном.
— Ты так уверенно идёшь, будто ничего не боишься.
— Может, я просто не хочу казаться испуганной, — спокойно ответила Ана.
— Ты не дрогнула. Ни разу. Даже когда я подошёл.
— Я знала, что это испытание, а не настоящая угроза. Ты бы на меня не напал.
Он прищурился. Не угрожающе, но настороженно. Словно что-то не складывалось.
— Зайцы обычно не выдерживают такого давления. Они не смотрят на альфу с таким спокойствием, когда от него исходит ярость. У них ноги подкашиваются.
Ана медленно вдохнула. Она не хотела врать, но и не собиралась раскрывать правду.
— Может, у меня просто хороший самоконтроль.
— Бояться это естественно, — мягко заметил он.
— А подавлять страх это часть выживания, — отрезала она.
Он кивнул, но выражение лица осталось задумчивым.
— Бывают зайцы, которые слишком хорошо умеют прятаться.
— Бывают альфы, которые видят то, чего нет.
Между ними повисло молчание. Он смотрел, как будто пытался заглянуть глубже, чем позволено.
Ана выдержала паузу, а затем ответила, не отводя взгляда:
— Я просто привыкла рассчитывать на себя. Это пугает?
Он усмехнулся, но в усмешке не было тепла.
— Это сбивает с толку.
— Тогда держись подальше, чтобы не сбиваться.
Он отпустил её руку, шагнул назад, не сводя с неё взгляда, потом развернулся и ушёл.
Ана осталась стоять на месте. Запястье всё ещё хранило тепло его пальцев. Странное, чужое прикосновение. Оно не было грубым, но в нём сквозила та уверенность, с которой хищник берёт добычу, зная, что она не вырвется. Она медленно провела пальцами по коже. Она казалась горячее, чем обычно. Кожа словно помнила вес его руки. Её пальцы наткнулись на лёгкий пульс, который сбивался, стоило вспомнить, как близко он стоял. Под подушечками пальцев ощущалась едва уловимая дрожь, не страх, а что-то другое. Слишком живое. Слишком настойчивое. Как будто тело запомнило больше, чем она хотела бы признать.
***
Лариса, спасибо Вам огромное за награду и поддержку! Для меня это не просто знак внимания, а настоящий вдохновляющий толчок продолжать писать и делиться этой историей. Очень ценно знать, что она откликается в чьём-то сердце. Благодарю от всей души!
Ана стояла у своего шкафчика в раздевалке, завязывая шнурки. Казалось бы, обычный день, но воздух между омегами был натянут, словно струна перед срывом. Слова никто не говорил, но взгляды бросали. Осторожные, скользкие, цепкие.
Слух о её реакции на испытании разнёсся по Академии не как новость, а как брошенный в воду камень. Круги от него расходились по факультетам, общагам и столовой. Омега не испугалась альфу. Осталась стабильной вблизи разъярёного волка. Даже не вздрогнула, когда он вошёл в купол. Люди не знали подробностей, но знали главное — она не проявила страха.
Это не восхитило. Это насторожило. Особенно хищников. Тех, кто знал, как работает инстинкт. Кто жил в своей иерархии, где страх был частью баланса. Ана разрушала этот баланс.
Лея сдвинула стопку полотенец на скамейке и села ближе.
— Ты чувствуешь? — прошептала она, глядя на отражение в металлическом шкафчике. — Теперь все омеги пристально следят за тобой.
— Ну и пусть.