К слову, ощущения один в один с теми, что я испытывала после выпускного. С той лишь разницей, что теперь-то я точно знаю, что причина тому вовсе не насилие, а неуемные хотелки. Причем как Рафаэля, так и мои.
Мы вчера, что называется, дорвались. Такое ощущение, что годами не занимались сексом, настолько сильно прорвало. Все потому, что у кого-то волшебные губы, руки и то, что в штанах тоже. Устоять было нереально. А впрочем, к своему стыду, я должна признать, что не особенно-то и пыталась.
– Все у меня в порядке с походкой, – ворчу на подругу.
Иду за ней до приемной.
Мы обе устраиваемся за столом перед монитором, где сразу включаем трансляцию с камеры наблюдения из детской комнаты. Бдим за спящими детьми.
Света пододвигает ко мне чашку кофе и бумажную тарелочку с симпатичным на вид румяным эклером.
– Угощайся, – говорит она. – Может, подобреешь. А то какая-то ты сегодня смурная.
– Спасибо, – пытаюсь улыбнуться.
Сама же гадаю, неужели это настолько очевидно, что я сегодня не в своей тарелке? Да и кто бы после такого остался в своей?
Делаю глоток кофе, хотя вкуса практически не чувствую. Откусываю кусочек от эклера. Сладкий, нежный крем хоть на секунду позволяет забыться.
– Кстати, с чего ты напялила эту уродскую водолазку? – не унимается подруга. – Я еще полгода назад говорила, что она тебе не идет.
А что я поделаю, если в гардеробе у меня водолазка только одна?
Да серая, да неказистая, но одна.
Не знаю, у кого как, а у меня нет сотни-другой вариантов одежды, я же была мамочкой в декрете, какие уж тут наряды? Но эту водолазку я и вправду чуть не выбросила после слов подруги. Однако хорошо, что не выбросила, потому что тональный крем, за которым я все же сбегала утром в свою квартиру, совсем не помог замаскировать ночное безумство.
– Вот, смотри, – оттягиваю ворот, показываю ей засос на шее. – Больше вопросов нет?
Глаза Светланы моментально круглеют.
– Оу, вау, это то, что я думаю? – спрашивает она. – Смачный засос. И кому это сегодня ночью так повезло? Только не говори, что ты переспала с мужем!
– С Давидяном, – горько вздыхаю. – И то, что он сделал с моей шеей, еще цветочки. Я свое тело не чувствую…
Подруга моментально пугается, потом злится и поднимает указательный палец, трясет им в воздухе:
– Я прямо сейчас звоню в полицию, а ты снимаешь побои и пишешь заявление об изнасиловании. Он что, охренел, опять к тебе лезть?
Тут-то я соображаю, что подруга не так меня поняла.
– Не было никаких побоев, Свет, – спешу ее разубедить. – И изнасилования тоже не было, все произошло по согласию.
Света замирает с открытым ртом. Целых несколько секунд переваривает услышанное, а потом спрашивает:
– То есть тогда изнасиловал, а сейчас сама дала, что ли? Что-то я запуталась в твоих показаниях. Кристин, ты себя ведешь непоследовательно…
Шумно вздыхаю и признаюсь:
– По ходу дела, не насиловал он меня, и вправду согласилась под влиянием эндорфинов.
– С чего вдруг? – хмурит брови подруга. – Ты же сама говорила, что он тебе неприятен.
Неприятен, еще как. Точнее, был до вчерашнего вечера.
Делаю новое признание:
– Он целуется как бог. Тебя когда-нибудь целовал бог, Свет? Прям чтобы вот так – раз, и ты в тумане…
Подруга резко меняет выражение лица.
– Звучит кощунственно, но кажется, я понимаю, о чем ты, – говорит она с придыханием. – Был у меня как-то один волшебный любовник…
– А у тебя бывало, чтобы три оргазма за ночь? – нервно посмеиваюсь.
– Три?! – Глаза Светланы делаются еще больше. – Прям серьезно, что ли?
– Ага, – киваю. – Причем они совершенно другие, не как у меня было с Максимом.
– А как у тебя было с Максимом? – интересуется подруга.
– Представь, что ты никогда в жизни не ела сладкое, – тяну задумчиво. – Представила? А потом тебе дали яблоко. Понимаешь ощущения? Где-то сладко, а где-то и кисло. Тебя кормили этими яблоками годами. А потом тебя угостили кокосовым тортом.
– И кто – торт? Рафаэль? А, ну да, кокос, рафаэлка, понимаю аналогию… Что, неужели он настолько хорош?
– Обалденный просто, – невольно закатываю глаза. – Но Макса сложно винить в том, что он недотягивал, у него там все не так устроено. У Рафаэля все более значительное… Ну, ты понимаешь, да?
– Большой мальчик? – Света цветет улыбкой.
– Ага… – киваю.
– Тогда что ты сегодня целый день такая недовольная? – интересуется подруга. – Переспала с классным мужиком, еще и носом крутит. Бери его в оборот, вон он, готовенький.
– Ерунду не говори, – качаю головой. – Я и Давидян? Пф-ф-ф, да никогда этого не будет. К тому же его интересует исключительно дочка, а совсем не я.
– И секс, – поддевает подруга.
– И секс, – печально вздыхаю.
До сих пор, честно и откровенно, не могу понять, зачем Давидяну понадобилось со мной спать. Я ж не красавица, не топ-модель. И вообще, у меня трое детей! Опять же попа не очень. Вот не иначе, просто подвернулась под руку.
Откусываю очередной кусочек эклера, заедая свои волнения. Однако насыщенная сладость совсем не радует.
Чувствую в кармане вибрацию телефона. Достаю его и вижу сообщение от Давидяна. Сердце моментально делает кульбит.
