Эду отпрыгнул и выставил вперед копье. Темнокожая женщина, растеряно смотрит на него из кустов, видны только лицо и прижатые к груди руки, в которых она держит плоды. Эду разглядывает ее широкое лицо, крупный валик над глазами, черные слежавшиеся волосы и длинные пальцы на руках. Женщина очнулась, бросила плоды на землю и побежала вглубь ущелья, высоко поднимая ноги. Она оказалась совершенно голой. Эду быстро полез вверх по тропе.
Вскарабкавшись на плато, прошел вдоль ущелья, пытаясь разглядеть, что там находится внизу. Ничего не видно, деревья мешают. Если там и прячется какая-то семья, то ему нет до этого никакого дела, с восходом они пойдут навстречу солнцу. И он понес дальше свою извалявшуюся в земле добычу.
Эна все так же сидит под деревом, ждет его.
— Вкусная еда, — Эду выложил на широкие листья запеченную целиком рыбу.
— Нет, я съем птицу, — Энас аппетитом набросилась на уже подванивающую тушку.
Эду подавил в себе сильное желание стукнуть ее по спине древком копья.
Горные хребты слились в одно целое, и чем дальше, тем меньше становился поток воды. Иногда он совсем терялся под скалами. Но стоило пройти чуть дальше, как вновь проявлял себя вновь приятным журчанием.
— Снова вода падает, Эду, — Эна показала на две тоненькие струйки воды, падающие со скалы. Между тем валяющиеся внизу крупные стволы деревьев указывали, что не так давно, в дождливую пору, здесь бушевал бурный поток.
Эду решил, что этот водопад и есть исток большой реки, но нет, наверху ручей вывел их к небольшому озеру, из которого он, собственно, и вытекал. Их длинный путь вверх по реке завершен.
Как хорошо. Эна окунулась в озеро и выбралась на берег. Прохладная вода освежила ее. Укусила красный плод. Эду как всегда где-то ходит, все ищет следы «белогорцев», которые, как он думает, не могли пройти мимо этого места, потому что к нему ведут все горные хребты. А вот и он появился. Как всегда, довольный:
— Я нашел исток еще одной реки, и она течет на восход.
У Эны заныли не до конца зажившие разбитые ноги.
— Останемся еще немного, мне уже тяжело идти, — молодая женщина показала на свой живот. — Через несколько лун появится ребенок.
Эду обрадовался. Так вот почему она капризничает.
— С большим ножом из растаявшего камня я быстро сделаю плот, только надо найти место, где новая река станет спокойной. И твоим ногам не придется много ходить.
У Эны выступили слезы. Не забыла еще, как их едва не погубил великий Нир. Еще раз так может и не повезти.
До Эны доносится стук ножа. Эду в очередной раз мастерит плот. Несколько стволов, скрепленные лианами, и можно плыть дальше. Река, которая быстро стала полноводной, течет по узкой долине вдоль черных скал южной границы хребта. И все никак не хочет успокаиваться, течение по-прежнему быстрое. Несколько раз они натыкались на пороги из красных валунов, которые приходилось обходить по суше, и тяжелый плот, на который им не хватило сил по суше перетащить через препятствие, разбивался об камни. Но все же, уж лучше так, чем ходить ногами. Тем более лес по берегам настолько густой, что в нем легко затеряться.
— Ты заметила Эна, что в этих горах нет ущелий, которые их пересекают, — на этот раз Эду сделал совсем простой плот, все равно разобьется о камни.
— И берега нет, вода течет по лесу между камней, — Эна боится оторвать руку от скрепляющих бревна лиан, другая же — придерживает детей, при этом старается не смотреть на реку. Местами она кажется очень глубокой, а иногда, днище плота скрипит, наткнувшись на камни. И словно всего этого мало еще и деревья висят прямо над руслом, ей все время чудится, что оттуда на нее может прыгнуть Брр. И как только Эду стоит целый день на скользких бревнах с палкой в руках и не чувствует страха?
Как холодно. Эду не рискнул остановиться на ночлег в лесу, и они прятались в небольшом уступе в скале. На голых мокрых камнях никто не сомкнул и глаз, и едва рассвело, Эду вновь направил плот длинной палкой на середину течения. Эна отметила, что его беззаботность куда-то пропала. Только когда река разлилась на равнине, улыбка вновь расползлась по его лицу. Течение ослабло, плот не спеша несло по течению, и Эду уселся на бревнах, дав отдых дрожащим от напряжения ногам.
Вечером Эду рискнул развести костер и приготовить рыбу. Почувствовав твердую почву под ногами все с аппетитом поели. Его не испортили даже звуки близкого леса, в котором Эне мерещилось рычание Брр. А Эду все думает о своем:
— За два восхода на плоту мы прошли столько же, сколько пешком за две луны.
— Но сколько раз при этом мы могли утонуть? — Эна обняла детей и уснула прямо на песке.
Река становилась все шире и мельче, по берегам появились широкие песчаные дюны. Задул противный северный ветер, который так и норовил метнуть песок в глаза. Эду искал место для ночлега, когда увидел небольшой зеленый остров, образовавшийся в месте, где в реку впадал крупный приток. Вот здесь должно быть безопасно. И ветви можно нарубить, чтобы подложить их под себя во время сна.
