Остальные головы тоже с жадностью принялись охотиться на драконов. Солнечный дракон опалил потоком огня морду среброголового, которая росла из тела с левой стороны. Вот только ему это не помогло — его тоже проглотили в один прием.
«А ведь эта металлическая бестия сможет справиться и с нами», — подумал Солайн.
И то, что она ждала их под городом, могло означать лишь одно: девантары знали, что они придут.
Губы Алоки мягко коснулись его затылка. Теплый поцелуй, сопровождаемый коротким приступом боли, — а затем перед глазами у него почернело.
— Копье! — совершенно спокойно отдал приказ Нир.
У Хорнбори не укладывалось в голове, что оба его товарища ни капельки не встревожены.
— Нам действительно следует…
— Заткнись уже, ссыкун, и крути рукоятку. Здесь никто не услышит твоего мнения относительно того, что нам следует делать, — набросился на него Галар.
Хорнбори закусил губу. С этими двумя вечно одно и то же. Они просто не понимают, когда уместно поджать хвост и свалить. На протяжении семи лет Хорнбори думал, что никогда не увидит что-то столь же огромное, как Бегущий по морям. Глупая ошибка! Вот только
Железные салазки, оттягивавшие тетиву направляющей тяжелого копьемета, остановились. Галар вложил в орудие одно из копий для убийства драконов.
— Сейчас мы его укокошим, — самоуверенно пробормотал Галар, а Нир согласно кивнул.
Стрелок тщательно покрутил два колесика настройки, чтобы как следует прицелиться.
Хорнбори выглянул у него из-за спины и посмотрел на дракона. Кто построил эту штуку? Боги людей. Она напоминала воплощенный в стали гнев.
— Э-м… если эта штука не живая, а просто металлическая… Как же его убить?
— У тебя всегда наготове красивые слова, чтобы скрыть свою трусость, не так ли? — фыркнул в его сторону Галар. Было видно, что такая сложная задача доставляет кузнецу огромное наслаждение. Вот идиот, будь оно все неладно!
Нир спустил курок и стал напряженно вглядываться в визир орудия.
— Ну что? — нетерпеливо поинтересовался Галар.
— Он еще жив, — пробормотал стрелок, и Хорнбори почувствовал, что этот хотя бы усомнился.
— Значит, надо попробовать еще раз.
Галар извлек из колчана новое копье.
— На этот раз целься в глаз. Нужно разрушить его мозг.
Хорнбори увидел, как о чешую дракона бессильно бьются каменные ядра. Тварь просто игнорировала их всех и с легкостью ловила драконов из плоти и крови.
— Это просто механизм, — в последний раз предпринял попытку Хорнбори. — У этой штуки нет мозга, который ты мог бы разрушить. У корабля или крепости тоже нет мозга.
Нир задумался.
— Крути! — зашипел на него Галар. — Это единственное, в чем ты хоть как-то разбираешься. Дракон двигается самостоятельно. Значит, у него есть мозг. То, что ты сравниваешь его с кораблем, лишь показывает, насколько ты ограничен.
— И в какой из голов ты предполагаешь наличие мозга?
Хорнбори выпустил рукоятку из рук и отошел от копьемета. У этого боя мог быть лишь один исход. И этого исхода он видеть не хотел.
— Настало время садиться в воздушный угорь. Сразимся в другой день! Спасем стрелы для убийства драконов.
— Ты просто не понимаешь, ссыкун! — Галар занял место у рукоятки. Возможно, чтобы помешать Ниру покинуть пост. — У нас есть всего два варианта развития событий. Либо мы убьем этого стального дракона и станем теми, кто спасет Поднебесье. Либо у нас не получится. И если это произойдет — честно говоря, я на это надеюсь, — придут небесные змеи. Они не будут просто сидеть и смотреть, как люди разрушают их Поднебесье. И тогда наконец настанет час отмщения. Они поплатятся за то, что сделали с Глубоким городом.
— Вы не проживете достаточно долго, чтобы дело дошло до этого.
Бесполезно тратить время на этих глупцов! Хорнбори развернулся, вышел из помещения через узкую дверь и стал подниматься по винтовой лестнице. Она вела его мимо большой орудийной позиции, где все еще командовал капитан Хор. В плотно выложенных камнями стенах зияло несколько серьезных брешей. Во внешней стене сквозила огромная дыра. Два орудия вырвало из напольных креплений. Выкрашенный белым потолок над ними был забрызган кровью. У стены рядом с дверью лежали в ряд пятеро убитых. Хор неустанно заставлял команду расчета стрелять. Никто не заметил Хорнбори, и он продолжил подъем, пока не вышел в коридор, ведущий к бухте для угрей. Ему навстречу бежали воины с носилками на плечах. Все почтительно приветствовали его. «Я слишком знаменит, — встревоженно подумал он. — Это нехорошо».
Бухта для угрей представляла собой круглую комнату в глубине скалы. Над шахтами сброса висели две дюжины воздушных угрей, предназначенных для эвакуации со скалы. Семи угрей уже не было. Повсюду на полу сидели раненые, по большей части карлики, но были среди них и кобольды, два фавна, старый минотавр и тролль с ужасными ожогами.
