Несколько минут они шли через город почти в полной темноте, но вот наконец Сефиза подняла руку, давая знак замедлить шаг.
– Кажется, я заметила на перекрестке отряд солдат, – прошептала она. – Что будем делать? Попробуем их обойти?
Заговорщики остановились, потом отступили, спрятавшись за металлическими столбами, поддерживающими крышу ближайшей лавки. Лориан крадучись подошел к девушке и, прищурившись, вгляделся в темноту, силясь рассмотреть солдат сквозь густую завесу тумана, окутавшую все вокруг.
– Их меньше десяти, – пробормотал он. У него вдруг перехватило дыхание. – Нужно их обезвредить. Элдрис сказала, чем сильнее мы ослабим ряды защитников императора, тем больше у нас шансов в итоге победить.
Сефиза сделала глубокий вдох, потом кивнула.
– Хорошо, тогда идем. Действуем по плану, дети со мной, взрослые идут последними, ясно?
Старшие члены отряда крепче сжали в руках оружие. Сефиза подняла выданный ей меч – хотя, учитывая силу ее протезов, он был ей не очень-то и нужен – и бросилась к легионерам.
Мятежники напали на императорских солдат, и от неожиданности те даже не успели перестроиться – загадочный туман весталки скрывал заговорщиков до последнего момента.
Столкнувшись лицом к лицу с первым солдатом, Сефиза на мгновение замешкалась, колеблясь, но Лориан подскочил к ней и, размахнувшись, ударил легионера в горло своей стальной рукой. Голова несчастного покатилась по земле, в то время как его собратья потрясенно смотрели на нее. Ларс, один из сирот-Залатанных, воспользовался замешательством противника, ударил ближайшего солдата кулаком по металлическому нагруднику, пробив в его теле дыру, несовместимую с жизнью.
Лориан видел, как Сефиза хлопает глазами, очевидно, пораженная невероятной силой, которую получили обычные дети. Однако она быстро взяла себя в руки и, в свою очередь, ударила ближайшего к ней солдата кулаком в челюсть, так что тот сразу же упал.
– Довольно! – закричал один из легионеров, замахиваясь мечом на кого-то из бывших беспризорников. – Сдавайтесь! Именем императора сдавайтесь, а не то… умрете на месте!
Не в силах сдержать изумление, я смотрела на свою механическую руку, потрясенная скрытой в ней мощью. Я так долго носила эти отвратительные протезы, даже не подозревая, какой невероятной силой они меня наделяли.
Знай я об этом раньше – могла бы в первый же вечер прикончить Верлена.
А убив его, я, несомненно, совершила бы величайшую ошибку всей своей жизни.
Командир легионеров ничего не успел добавить к своей угрозе: Лориан бросился на него с яростным криком:
– За Вильму!
Мальчик одним ударом обезглавил противника, так же как первого солдата.
Эта демонстрация силы и смелости произвела на меня такое впечатление, что я снова застыла с открытым ртом. Подобные решимость, безудержный натиск и жестокость, проявленные подростком, вызывали во мне беспокойство, даже пугали…
Я знала, что юные Залатанные стали оружием мятежного движения. Элдрис рассказала мне о совершенных ранее деяниях этих детей, без устали расточая похвалы в адрес их удивительных способностей. Однако одно дело – услышать, и совсем другое – увидеть своими глазами, как дети становятся безжалостными убийцами…
Стоявшие вокруг меня дети дружно подхватили клич Лориана и принялись восторженно скандировать:
– За Вильму!
И начался полный хаос… Все сироты-Залатанные бросились в рукопашную, без разбора разя имперских солдат своими стальными протезами. За долю секунды они убили еще четверых легионеров.
Видя столь немыслимую бойню, трое оставшихся солдат даже не попытались дать нам отпор. Они бросили трупы своих товарищей и кинулись бежать со всех ног, их железные доспехи грохотали по мостовой.
Поняв, что противник проявил слабость, сироты ринулись в погоню за беглецами, намереваясь прикончить их всех до последнего.
Я же, со своей стороны, осталась стоять столбом посреди улицы, чувствуя себя глубоко подавленной.
Впрочем, ранее весталка потрудилась в подробностях растолковать мне свой план и объяснила цели всех готовящихся налетов. И я с ней согласилась: других вариантов у нас не было. В нашем положении действовать по-другому мы не смогли бы. Никакими мирными средствами нам с Орионом не справиться. Больше мы не можем себе позволить обманываться беспочвенными иллюзиями, надеясь решить это дело бескровно.
И все же мне никак не удавалось подавить снедавшее меня беспокойство, острую боль, пронзавшую мою душу при мысли о том, что, быть может, один из этих солдат – мой брат…
Смогла бы я узнать его, прежде чем нанесла смертельный удар?
Было так темно, а созданный весталкой туман сгустился такой непроницаемой пеленой… разве можно рассмотреть черты лица в таких условиях?
С соседней улицы донесся пронзительный крик очередного солдата, вырвавший меня из оцепенения. Я рефлекторно побежала в ту сторону. Один из легионеров поднимал руку, явно собираясь коснуться кончиками пальцев виска, чтобы активировать какой-то сигнал.
Не раздумывая я прыгнула ему на спину.
