Аскольд и Варлгал не могли поверить своим глазам. Любой другой Безграничный уже давно погиб бы, окажись его голова наполовину разрубленной. Однако блондина это не остановило. Как и носители крови Гидры, потомки Небесной Мантикоры обладали чрезвычайной живучестью. И пусть у них не было столь же быстрой регенерации Божественной Оболочки, но зато имелась возможность адаптироваться даже к повреждению её мозга.
Доспех Иклура уже впрыснул целебный препарат в его кровь, и Сердце Мантикоры забилось словно сумасшедшее. Ненадолго разогнав регенерацию до предела, оно вмиг исцелило голову и руку парня.
— Это было близко, — оскалился он. — Вы действительно позабавили меня. Не думал, что придётся создать столько защитного металла.
Слив уцелевшие щиты, Иклур создал поистине непробиваемую преграду, а затем свернул её в копьё и метнул в Аскольда. Не успело оружие сорваться в полёт, как его тотчас укутала уже знакомая асуру алая дымка — отголоски его собственной силы, поглощённой щитами Мантикора.
Аскольд незамедлительно использовал Одиннадцать Движений Смерти, выбрав в качестве целей ближайших солдат Новой Армии Истины. Однако стоило ему переместиться к первому, как он обнаружил, что копьё всё ещё летит в него. Новые скачки тоже ничего не изменили, а расстояние между асуром и оружием Иклура стремительно уменьшалось.
Мужчина сразу всё понял. Ещё в начале боя ему показалось странным, что некоторые удары его и Варлгала были какими-то неестественными. Словно подстроенными.
Предначертанными…
Теперь всё становилось на свои места. Воздействуя на пространство, разум и даже само будущее, Иклур буквально направлял их удары в свои щиты. Сейчас же происходила схожая, но обратная ситуация: брошенное копьё оказалось направлено в Аскольда. Ему было предопределено в него попасть. От этой атаки можно было только защититься, но не увернуться.
Последняя телепортация привела асура за спину к Иклуру, который заранее отскочил и замахнулся тем самым копьём, что как-то оказалось в его руке. Всё было предначертано. Неизбежно.
И раз уж Аскольд не мог воспротивиться навязанной судьбе, ему оставалось лишь столкнуться с ней лицом к лицу. Одно из ценнейших сокровищ Школы Сечения раскрошилось в его руках, и перед мужчиной раскрылся большой алый бутон. Мгновение спустя небеса озарила вспышка. Моментально потрескавшись, преграда разлетелась на мириады кусочков, а копьё Иклура оказалось отброшено в сторону и…
Снова оказалось у него в руке, словно и не растратило силы на разрушение барьера.
«Двойное действие даже с такой мощью⁈» — расширились зрачки Аскольда, поспешно использующего множество других артефактов.
К сожалению, не один из них не был столь же могущественным. Многие барьеры даже не успевали сформироваться, а остальные совсем не могли остановить копьё. Глядя на приближающуюся смерть, Аскольд мог лишь смиренно принять её.
Аскольд знал, что ему никогда не достичь аналогичных вершин. Он жалел лишь о том, что так и не смог увидеть вершину фехтования, достигнутую Ульрихом в последние годы войны.
Внезапно вокруг копья возникло множество чёрных точек, стягивающих и закручивающих само пространство. Оружие замедлилось, а затем к нему с гулким звуком молниеносно переместилась двухметровая фигура антропоморфного кота. Его массивный молот тотчас ударил по копью, и, после краткого сопротивления, оно улетело прочь.
— А вот это очень интересно! — загорелись глаза блондина. — К нам пожаловал сам Верховный Коллапс! Я весь в предвкушении!
Пока снаружи разворачивалась масштабная битва божеств, что, несомненно, войдёт в историю, как одно из величайших событий Мира Небожителей, на флагманском линкоре «Отрей» происходило нечто необычное. Оставшись в том же зале, белоснежный скелет в дорогом балахоне медитировал перед трупом предателя. У нежити не было ни языка, ни губ, ни даже голосовых связок, но вокруг него всё равно звучала монотонная скрежещущая мантра. Так продолжалось почти полминуты, пока огоньки в глазницах некроманта не вспыхнули вновь. Подняв над головой изгибистый ритуальный кинжал, он с размаху вонзил его в грудь металлического доспеха, и тот резко выгнулся дугой. По телу мёртвого Безграничного потекли линии ярко-зелёной силы, вслед за чем тот быстро втянулся в кинжал. Блеснул драгоценный зелёный камень на навершии рукоятки, и скелет поднялся.
Сняв с пояса старый истёртый гримуар, он вложил кинжал в специальное углубление на его толстой обложке. Книга ненадолго задрожала, а затем раскрылась на одной из страниц. Пустующий ранее лист быстро заполнился записями и рисунками.
Вернувшись в кресло, некромант опустил ладонь на страницу и произнёс Волей:
—
Вспыхнула сложная зелёная печать на полу, и из неё вылетела немного изменившаяся фигура того самого доспеха.
«Неплохо. Очень неплохо. Давно у меня не было таких образцов», — удовлетворённо кивнула нежить, глядя на рыцаря.
