Небо слишком высоко полностью

— А что за крики были посреди ночи? — осведомилась Ясна, увешанная, как всегда, прямо с утра отборными драгоценностями — еще бы, с учетом щедрых отступных Делберта, таких безделушек у нее было пруд пруди.

— Марианна папу домогалась, — кратко заметил ничего не евший за завтраком и возившийся со своим телефоном Тициан.

Восседавшая напротив него Эйприл оторвала глаза от своего аппарата и, прыснув, с нежностью взглянула на единокровного брата.

Милена дала себе слово, что запретит сыну общаться с Эйприл. Нет, как сестра она была выше всех похвал — не в пример жестоким Делберту-младшему и Уинстону и надменной Злате, девица явно благоволила к подростку. Но, кажется, чересчур благоволила. Не хватало еще, чтобы они начали испытывать друг к другу нежные чувства и… О возможных последствиях иного плана Милена даже и думать не хотела, но у нее все равно пропал аппетит.

— Мне только фруктовый салат и кофе с молоком, — произнесла она, обращаясь к одному из официантов. А затем, взглянув на Хантер Рогофф, сказала:

— Мадам дю Прэ требуется медицинская помощь?

— Хороший психиатр ей требуется! — заверещала Ясна, а Тициан резюмировал:

— Сексопатолог!

Эйприл снова прыснула и даже положила смартфон на стол. Сын, откинув длинную светлую прядь, улыбнулся единокровной сестре. Милена ощутила сильное беспокойство.

— Мистер президент, прибыли мистер Бартон и мистер Флинт, — доложил Франклин, а Делберт, сложив газету и бросив ее на пол (его давняя привычка, означавшая, что с прессой он разделался), неспешно допил кофе и проговорил:

— Проводи их ко мне в кабинет. — Затем, поднявшись, с мечтательной улыбкой добавил: — Что же, желаю всем хорошего Сочельника! У меня, увы, кое-какие дела в первой половине дня. Но потом все время будет принадлежать вам, моей семье! А сейчас надо озаботиться делами государства. Настало время кое-кого уволить.

Он удалился, а Шэрон, щедро намазывая масло на тост, сказала:

— А кого он будет увольнять? Этого кошмарного Бартона или этого еще более кошмарного Флинта?

Все посмотрели на Джереми, который считался серым кардиналом и всегда был в курсе планов тестя-президента. Но муж Златы, спешно поцеловав ее, бросился вслед за Делбертом.

— Делберт, подожди. Не торопись, нам надо сначала взвесить все за и против.

Милена, размешивая кофе, подумала, что, похоже, муж принял какое-то важное решение, не проконсультировавшись с Джереми. Что же, по всей видимости, наступали новые времена. В том числе и для «сладкой парочки» интриганов семейства Грампов.

— А что, Джереми не в курсе? — спросила Шэрон, как всегда, своим простоватым замечанием попав в десятку. — Но ведь, дорогая, Делберт с ним раньше всегда советовался!

— Видимо, отныне не всегда! — заявила Ясна, триумфально поглядывая на Злату. Милена знала, что мать с дочерью не переваривают друг друга и что это является продолжением каких-то старых семейных конфликтов: Ясна с самого начала тряслась над своими сыновьями-погодками, пренебрегая дочерью. А та из кожи вон лезла, чтобы заслужить любовь могущественного отца и при разводе тотчас заняла его сторону, обвиняя мать во всех смертных грехах.

Злата дернулась, пронеся ложку с кашкой мимо рта одного из близнецов и вместо этого ткнув ему в пухлую щечку. Ребенок отчаянно заголосил. Встав и указав няньке на плачущего малыша, Злата схватилась тонкими пальцами за виски и заявила:

— Это становится невыносимо! Просто невыносимо!

Она выбежала из Белой столовой, а Ясна, щелкнув пальцами, удовлетворенно заявила:

— Где мой стейк? Я же сказала, что хочу на завтрак стейк!

А потом притворно вздохнула и обратилась как будто к сыновьям (а на самом деле ко всем присутствующим):

— Ваша сестренка уже в детстве была чересчур нервной. Думаю, это у нее пошло с тех пор, как она вообразила, что домовой попытался затащить ее в шкаф.

— Это я был! — похвалился Делберт-младший, явно ожидая похвалы от собравшихся.

Тициан, снова занявшийся мобильным, проговорил, не отрываясь от экрана:

— А я думал, это Ясна была.

Делберт-младший, багровея, начал подниматься из-за стола, а Милена, вспомнив, как он напал на Тициана накануне, холодно заявила:

— Делберт, не забывай, что ты в гостях в доме отца-президента, поэтому и веди себя соответствующе!

Делберт, побагровев еще сильнее, просипел:

— Я, может, тоже стану президентом!

— Ты уже президент, — заметил иронично Тициан. — Отец сделал тебя президентом своей строительной компании. А, ты имеешь в виду, что станешь президентом США, как и папа. Вынужден тебя разочаровать — им стану я! Так что место, любимый братец, уже занято.

Эйприл громко расхохоталась, длинные ресницы Тициана затрепетали. Милена поняла, что подростков надо как можно быстрее развести и держать друг от друга как можно дальше.

Смотря на смартофоны двух младших отпрысков Делберта, Милена вдруг осознала, что в цифровую эпоху держать на расстоянии двух влюбленных друг в друга тинейджеров, являющихся, по странному стечению семейных обстоятельств, единокровными братом и сестрой, вряд ли получится.