– Том, принеси, – махнув рукой в сторону кухни, Тео снова повернулась к Соннере. – Так вы насчет дождя? Нужно виноградники полить?
– Что? Нет! То есть, полить-то нужно, полить – это дело хорошее, – Соннера смущенно поскреб лысину. – Но я к вам с другой бедой. Я же Соннера. Вы что, не слышали?
– Простите, – покаянно склонила голову Тео. – Я тут недавно, поэтому мало кого знаю. Если вас не затруднит пояснить…
– Конечно, не затруднит! – с энтузиазмом воскликнул Соннера, и его трубный глас поднял в воздух птиц из прилеска. – Но я-то думал, меня все знают. А оно вон, получается, как. Не все. Одна очаровательная госпожа понятия не имеет, каким дураком оказался Соннера. Даже рассказывать не хочется!
Он расхохотался, запрокинув в небо неровно остриженную смоляную бороду.
– Воля ваша, – улыбнулась Тео. – Но если я не буду знать, в чем проблема, то как же смогу ее разрешить?
– И снова вы правы, милейшая госпожа, – гигант обернулся к подошедшему сзади Тому. На его фоне контрактный казался ребенком – недокормленный тощий мальчишка ростом едва по плечо громогласному Соннере. Благодарно кивнув сверху вниз, гигант принял принял запотевший от холода стакан и осушил его в два глотка. – Ох, хорошо. Как будто заново родился. А еще можно, малыш?
Том застыл, глядя в пол. От шеи к ушам стремительно поднималось алое зарево.
– Как прикажете, господин, – с механической четкостью отрапортовал он, развернулся на пятках и снова исчез на кухне. Через пару минут Том вернулся уже с кувшином – и с огромной глиняной кружкой для пива.
– Надеюсь, так вам будет удобнее, – опустив поднос на столик, он аккуратно наполнил необъятную посудину. – Лимонад с абрикосовым сиропом и базиликом. Очень освежает.
– Смышленый малец, – добродушно хохотнув, Соннера взъерошил Тому волосы на макушке. – Ступай, займись чем-нибудь полезным. У нас с госпожой Дюваль серьезный разговор.
Цвет лица у Тома стремительно приближался к свекольному. Контрактный с надеждой взглянул на Тео, но вместо поддержки получил стремительную сочувственную гримаску. Теодора понимала, что Том желает восстановления своих крохотных, но все-таки уже совершенно реальных прав. Но клиент настаивал на приватном разговоре. И клиент имел на него полное право.
Ссутулившись, контрактный спустился с крыльца и медленно, загребая ногами, побрел к сараю. Он прошел мимо оставленного на земле бруса, уже у дровяной кладки опомнился, вернулся – и неловким поворотом длиннющего бревна едва не снес со ступеней герань. Том застыл, как стоял – согнувшись в полуприседе и удерживая брус на вытянутых руках.
– Простите, – пробормотал он, не поднимая головы. – Простите, госпожа.
– Ничего страшного. Эта штуковина ужасно длинная, с ней трудно сладить, – попыталась выровнять ситуацию Тео.
– Ну что вы такое говорите, госпожа Дюваль! – всколыхнулся гигантский Соннера. – Не управиться с какой-то несчастной палкой – это совсем без рук надо быть. Ни разу не видел, чтобы работник так безголово брусом махал. Ну да малышу, конечно, простительно. Научится еще, куда денется.
Тео не хотела спорить с клиентом. Мухи летят на мед, а не на уксус – это истину она усвоила давно.
Старательно не поворачиваясь к крыльцу, Том наконец-то развернул брус, пристроив его на плечо.
– Тут вы ошибаетесь, господин Соннера, – чуть громче, чем надо, заявила Тео. – Том очень толковый работник. И очень умелый. Не судите о человеке по одному случайному промаху.
Согбенная спина разом выпрямилась. Вскинув голову, Том зашагал к сараю легко и ровно, как по линеечке.
– О. Ну, если вы так думаете… Возможно, вы правы… – смешался Соннера. – Хотя у меня такие молодые работники вызывают серьезные сомнения…
– В этом случае сомнения совершенно излишни, – еще прибавила децибел Тео. – Я ни секунды не пожалела о том, что наняла Тома. И не променяю его на полный штат вышколенной прислуги. Так о чем вы хотели со мной побеседовать?
– А, точно! Я ведь по делу пришел! – тоскливо покосившись на хлипкий стульчик, Соннера оперся могучим плечом о столб. – Видите ли, тут вот какое дело, госпожа Дюваль…
Три года назад Соннера владел небольшой транспортной фирмой – несколько грузовых повозок, десяток битюгов и пара десятков грузчиков. Компания приносила маленький, но стабильный доход, и даже могла бы развиваться… Вот только Соннере смертельно надоел этот бизнес.
– Вы не поверите, госпожа Дюваль, – вещал он, прижимая руки к груди в том месте, где предполагал сердце. По мнению Тео, там находился желудок – но какая, в сущности, разница? – Вы не поверите! Иду на работу – и помереть хочется. Лошади эти вонючие, только и знают: жрут и гадят, жрут и гадят. Работники – если не пьяные, то от похмелья маются, а как только маяться перестали – значит, выпили. Ну и клиенты… То им не так, это не эдак. Хоть узлом завяжись, все равно ты лентяй и мошенник. За медяшку удавятся, скареды никчемные, еще и душу всю выгрызут – аж до печенки. Устал я, госпожа Дюваль. Совсем устал.
