- Не надо делать из меня корабельную шлюху, - тихо предупредил Идальгиеро, сел на стол перед ним и расставил ноги. Капитан обхватил ладонью левую икру и провел пальцами под коленом. Глаза в глаза.
- Почему ты с такой готовностью согласился на мои бредовые условия, но сам не рискнул разделить со мной постель ночью?
- Тебе интересно?
- Да.
- Знаешь, я не приучен к душевному стриптизу.
- Но матери под страхом побоев, скорей всего, выкладывал всю подноготную?
- Отнюдь. Я быстро научился играть по её правилам и в большинстве случаев мне удавалось скрыть от нее истинные чувства.
- Так почему открываешься передо мной и командой?
- Мне хочется вам доверять.
- Мне тоже хочется тебе верить. Поэтому и спрашиваю.
И тогда устав сопротивляться, Амелисаро начал вспоминать.
- Первый раз она попыталась подложить меня под мужика, когда мне было шестнадцать.
- Что?! - пальцы Стефана с такой силой стиснули его ногу, что Лили скривился, и капитан поспешил ослабить хватку, в извинение погладив его по внутренней стороне икры. - У нее получилось?
- Нет. Я научился убивать в шестнадцать лет.
- Но зачем она это сделала?
- Потому что девушки к тому времени были уже отработанным материалом.
- В смысле? - Стефан нахмурился. Лили перевел взгляд ему за спину. За окном переливалось на солнце море и танцевали за бортом косяки крылатых солнечный рыб.
- Она всегда воспринимала меня как средство осуществления её амбициозных планов. Сама же не гнушалась решать некоторые весьма щекотливые вопросы через постель. Поэтому считала, что не мешало бы и во мне изжить этот мешающий её целям комплекс. И если спать с женщинами, которые мне совершенно не нравились, я научился, то с мужчинами... - он замолчал. Стефан с трудом пытался переварить услышанное. А Лили продолжил. - Я согласен с тобой, мужчина - всегда соперник, не важно, в поединке или в постели. Особенно, если речь идет о двух равных.
- У нее ничего не получилось в первый раз, но потом...
- Шестерых. Я был вынужден убить шестерых, чтобы она отказалась от этой затеи.
- Почему она не приказывала применить к тебе по-настоящему серьезную силу. Вряд ли в свои шестнадцать ты смог бы одолеть троих или больше.
- Не хотела ломать бесповоротно. Кукол, готовых по её приказу на все, у нее и без меня достаточно. Но меня она изначально готовила к тому, чтобы демонстрировать посторонним, отправлять на дипломатические миссии. Поэтому мне повезло. Устав избивать меня после очередного убийства, она отстала. Поэтому я не воспринял твоё пожелание в штыки, морально был готов к чему-то подобному и пришел к выводу, что твоя постель не такая уж большая цена за свободу и право жить так, как хочется.
- И поэтому ты так легко относишься к физическим наказаниям? - уточнил Стефан, уже неосознанно поглаживая его по бедру, в порыве поддержать и даже утешить.
- С чего ты взял, что легко? - Аристократ перевел на него взгляд.
- Ты все время предлагаешь тебя наказать.
- А, это, - Лили понял о чем речь и даже улыбнулся. - Нет. Мне просто сразу не понравилось, как ты выразился, твое бредовое условие, поэтому это что-то вроде попытки высказать тебе мое веско "фэ".
- Вот как? - выгнул брови капитан.
- К тому же, - легкомысленно улыбнулся ему Идальгиеро, у которого словно груз с плеч упал, похоже, этот разговор был нужен обоим, - Не зря же ты вот это, - он жестом фокусника выхватил их под бумаг, сваленных кучкой на краю стола, тот самый, вчерашний хлыст, - Всегда под рукой держишь, - и помахал им у него перед лицом.
- Ах, это, - протянул Робертфор и коротко хмыкнул, - Считай, что это дань памяти.
- Это чьей же?
- Твоя мать любила такие игры, - легко обронил капитан.
Глаза аристократа расширились, и он отшвырнул хлыст на пол, словно обжегшись. Стефан был удовлетворен. Приблизительно такой реакции после всего услышанного он и ожидал. Мальчишка прошел его проверку. Рассказ молодого Идальгиеро настолько не вязался с образом Елены, который он когда-то нарисовал себе, что Стефан до самого конца сомневался в его правдивости. Теперь перестал. Отодвинул кресло от стола, встал, поднял хлыст и вышвырнул в окно.
- Почему ты все это время хранил его, а сейчас так легко выбросил? - тихо уточнил Амелисаро.
- Потому что я любил её, - произнес капитан, оставшийся стоять у окна.
- Наконец разлюбил?
- Нет. Наконец смог расстаться с памятью о той любви.
- Почему сейчас?
- Не знаю, - пожал плечами капитан и повернулся к нему. - Наверное, ты всему виной.
- Мой рассказ о ней?
- Нет. Просто ты. - Покачал головой Стефан и вернулся в кресло. - Если хочешь, можешь вернуться на палубу.
- А что хочешь ты? - осторожно уточнил Амелисаро.
- Чтобы ты остался.
- И что мне делать?
- Не знаю, - пожал плечами капитан, ощущая себя очень странно, - Просто посиди.
- А чем будешь заниматься ты?
- Смотреть, прокатит ли предложенный Ромой и Кешей курс.
- Я мог бы помочь.
- Ты разбираешься в воздухоплавании? - полюбопытствовал капитан.
