Погоды и вправду стояли прекрасные. Конец мая, солнце, ещё не изнурительно-жаркое, а ласковое и тёплое, словно заботливая мамка. Звон жуков и чириканье птиц по утрам, вечерние купания в холодной речной воде, чтобы брызгать визжащих девок, а потом, накупавшись, как в детстве, до синих губ, хлопнуть рюмку, да и закусить её крепким, с того года ещё, солёным огурцом. Вернуться домой, одному или с компанией, накрыть стол, выставить вожделенную бутыль, вскрыть консерву, нарубить крупно чуть подсохший чёрный хлеб, сбрызнуть маслом и посолить порезанный кольцами репчатый лук, а то и грибочков баночку откупорить… Для Кирпича это было золотое время. Обеспечивающий его почти на весь год сезон изнурительной работы на комбайне, когда сил остаётся только на то, чтобы доползти до дома и лечь часов на шесть спать, ещё не начался; огородом Петя особенно не занимался, предпочитая уделять свободное время охоте и рыбалке; жены и детей нет, а много ли надо бобылю? Так он и жил, работая, если нужно, словно двужильный, но и отдыхая на славу, не отказывая себе ни в чём.
– А вот и я! – Петя вновь обратил на себя внимание Оолейд-Олега и Иигранд-Игоря, возникнув на крыльце с бутылкой, рюмками и тарелкой в руках. В тарелке оплывало сало, истекала маслом селёдка, топорщились стрелки зелёного лука. – Хлеба нет, извиняйте, гости дорогие. Я рюмки всё же три взял, мало ли?
– Благодарим, человек, – сдержанно кивнул Олег, уже начавший нервозно ёрзать. – Как я уже сказал, мы были вынуждены совершить посадку на вашей планете, в обитаемых местностях. Кораблю требуется два-три дня на саморемонт, и мы отбудем дальше, выполнять задачи в рамках деятельности ЧГВВ. И, раз уж так произошло, мы бы хотели установить официальный контакт на уровне правительств наших планет…
– Ребята, ну зачем нам эти правительства? – Петя предвкушал первую за день рюмку, и его настроение стремительно улучшалось. – Успеется ещё! Может, всё-таки выпьем?
– Как я уже говорил, инструкции… – Олег снова пустился в пространные рассуждения, но кирпич быстро перебил его:
–Ты же сам говорил про контакт! – Кирпич, хоть и закончил только техникум по специальности «Механизация сельского хозяйства», круглым дураком не был и хитростью обладал. – Раз уж на контакт вышли, будьте добры соблюдать наши обычаи! Прибыли – надо за это выпить.
Капитан и штурман переглянулись, и спустя несколько мучительно долгих мгновений Олег кивнул:
– Хорошо, человек, мы согласны.
Колпаки синхронно откинулись, и Кирпич смог внимательнее рассмотреть пришельцев. Зелёная кожа их была сморщенной, словно у стариков, зубы оказались крупные и тёмно-жёлтые, губы почти отсутствовали, как и нос, зато глубоко посаженные полупрозрачные глаза смотрели заинтересованно, почти по-человечески. В общем, если присмотреться, не такими уж они были страшными. Иные знакомые Кирпича выглядели куда как неприятнее.
– Ну, за знакомство! – Петя поднял рюмку, чокнулся с новыми собутыльниками и опрокинул живительную влагу внутрь. Прокатилось обжигающе-горячее, упало в желудок, расцвело там небывалым тёплым цветком, и сразу же ушло в ноги, вмиг ставшие приятно-ватными. Петя довольно крякнул, подцепил узловатыми пальцами кусок сала и отправил его вслед за самогоном.
– Селёдочку берите, знакомец привёз, угостил, – жуя, предложил Кирпич, и вдруг смерил пришельцев подозрительным взглядом. – А вы чего это? Не выпили? Выплеснули что ли? Там сорок пять, а вы как воду хлебаете!
– Мы дали команду нашим организмам, чтобы они немедленно расщепили поступившее вещество на составляющие и вывели то, что может повредить! – с удовлетворением произнёс Олег. – Так мы и соблюли традиции, и не нарушили инструкции! Умение ориентироваться в любой обстановке и находить оптимальное решение – отличительный признак пилотов ЧГВВ!
– В отличие от выскочек из ПГВВ… – это была первая фраза, произнесённая Игорем с момента знакомства, и он сразу же удостоился укоризненного взгляда своего капитана.
– Олеж, я не понял, это ты так продукт переводишь что ли? – Кирпича такое положение дел явно не устраивало. – Я сам! Вот этими руками! Брагу ставил, выгонял потом, потом второй раз, а ты его расщепляешь? Олеж, при всём моём уважении…
– Кирпичёв! Петя! – голос от калитки прервал пламенную речь хозяина дома. Он обернулся и увидел старшего лейтенанта Безрукова, облокотившегося на заборчик. Калитку Кирпич не закрывал принципиально, поэтому на задний его двор мог прийти любой. Воровать не осмеливались, знали, что если застукают – не сносить головы. – Это что у тебя такое? Пьёшь с утра с какими-то подозрительными личностями, штуку железную откуда-то украл и притащил… Изволь разъяснить по существу вопроса, Пётр Тимофеевич! – старший лейтенант любил к месту и не к месту вплетать в речь канцелярские обороты, считая, что они придают его словам большую значимость.
– Во-первых, не с утра, а почти обед, – невозмутимо загнул один палец Кирпич. – Во-вторых, не украл, а вот они прилетели на этой штуке. В-третьих, не подозрительные личности, а наши гости из других галактик. Я правильно излагаю, Олеж? Галактик?
