Нечаянные откровения полностью

Во всём этом процессе несовершенное детское сознание, еще не вполне сложившаяся психическая организация ребёнка подвергаются серьёзному (пока ещё незаметному) испытанию, которое ещё неизвестно как скажется на нём через годы.

Вот, посмотрите-ка, что рекламируется! Видно слепому, что взрослые дяди-тёти с полным своим удовольствием подготовили несчастного ребёнка, научили беззащитного дурачка – и он произносит: «Я весь на хип-хопе (!)». Тут же приходит в голову: ну вот – готовят очередного рэпера… Зачем?! Одному Богу известно. А несчастный телезритель, если он тоже ещё не сошёл с ума, в недоумении: отчего, почему творятся в нашей стране подобные мерзости?

Общий вывод: вундеркинды (в любой области) – явление нечастое, они не ходят стаями. И плодить их – вещь по сути беспереспективная и безнравственная по отношению к детям. Но всё это делается в ненасытной погоне взрослых (!) за популярностью и, разумеется, деньгами.

Вообще телевидение наше в современном его виде – это мощный, красочный, весьма привлекательный и очень доступный… ужасный монстр. Вот порой думаешь о его гнусных подвигах, переживаешь, страдаешь и не надеешься на солидарность даже среди себе подобных – и тут вдруг встретишь единомышленника да ещё в лице молодой женщины! (Увы, не знаю, кто она – кажется журналистка.) Тут достаточно одной цитаты из её интернет-статьи. Без комментариев. Вот что пишет Светлана Чеботарёва:

«Ведь вся магия ТВ, в сущности, состоит в следующем: то, что не показывают, то якобы не существует, его как бы и в природе нет. А то, что с утра до ночи – крупным планом (в нашем случае это эротический хлам, от которого скоро треснет голова, россыпи убивалок и целовалок), – так вот это-то, вроде бы, и есть жизнь. Другими словами, хотим мы того или не хотим, признаемся себе в этом или нет – но телеэкран всё равно даёт некоторую норму жизни, и многим начинает казаться, что всё, что мы видим там – это нормальное дело. Информация постепенно откладывается и начинает восприниматься не как информация, а как реальность. Так, мало-помалу, мы становимся пленниками тех клише, которые нам навязывают… (тут она добавляет, что жителям предлагается жизнь, вымазанная дерьмом, и продолжает – Б.С.) Отвратительно видеть и слышать, как безголосые певцы, стилисты с визажистами, а также наш братжурналист, говорящий так, как можно научиться в любой подворотне, воображают себя солью земли Русской, а какой-нибудь врач или воспитатель – они не элита…»

О Сталинградской битве мы знаем, что это было великое – и по сути решающее – сражение в Отечественной войне. Но вообще на это жесточайшее столкновение, можно сказать, двух цивилизаций, можно посмотреть как на некий экстремум, всплеск несчастья для человечества, противостояние огромных масс разных народов.

Проигранную битву так оценил генерал-лейтенант Вестфаль: «Поражение под Сталинградом повергло в ужас как немецкий народ, так и его армию. Никогда прежде за всю историю Германии не было случая столь страшной гибели такого количества войск.»

С обеих сторон это было ужасное испытание.

Со стороны атакующих бойня с немалыми потерями в ней в какойто момент приобрела характер бессмысленный. Окончательное взятие тотально разрушенного города в самом деле уже теряло всякий смысл: если его взять, то как оставаться в нём в условиях жестокой зимы и разрухи – такая участь ничуть не лучше, чем, например, французская в Москве 1812-го года.

Советская же армия, тоже понёсшая громадный урон, после победы столкнулась с другой проблемой, которая, естественно, не могла быть как следует предусмотрена: как справиться с огромным количеством пленных – куда их девать, чем кормить. Хоть никто не звал их на берега Волги, для того чтобы они обратили в руины целый город и погубили немыслимое число защитников, поступать с ними следовало гуманно.

Идёт время, битва не забывается во всём мире. Но как вспоминают её деятели культуры в двадцать первом веке? В Германии был снят о ней этакий блокбастер (до чего же противное и антикультурное слово да и само понятие!). Как говорится, что с них взять – с голливудских последышей.

Но вот же и у нас (!) находятся сценаристы и режиссёры, не нюхавшие войны, но на её теме не стесняющиеся лелеять свои неуравновешенные амбиции и – опять-таки по-голливудски! – поплясать на обильно политой кровью земле, и подарить миру свои примитивные представления (кстати сказать, по большей части заёмные из-за бугра). Этим тешат они главным образом с е б я , а это уже чистой воды эгоизм, несовместимый с истинным творчеством. И горше всего, что подобное творят кинодеятели, которым повезло носить славные фамилии: вроде Фёдора Бондарчука, снявшего очередной «Сталинград». Вопиёт пепел погибших. Такую – и в целом, и в деталях – чудовищно нелепую сказку на материале жесточайшего сражения даже разбирать нет охоты. Настолько она глупая. Элементарно жаль тратить время и нервы.