Так память моя, покружив, возвращается на полстолетия назад, когда я работал в составе научной группы при кафедре океанологии Питерского Университета. Должен сказать, что до этого мне выпало потрудиться в конструкторских бюро по судостроению, где попадались интересные персоны, но такого соцветия ярких личностей, собранных в одном месте – всего лишь на этом одном отделении географического факультета – мне встречать не доводилось.
Впрочем, судя по всему, само время накладывало свой отпечаток. Например, среди наших студентов, осваивающих науку океанологию, в то время проходили учёбу, например, поляки Косаковский и Пенхижевский, вьетнамец Буй Суан Дьен, индонезиец Сафьян Рави.
Кафедрой заведовал профессор Виктор Харлампиевич Буйницкий – учёный уникальной биографии: участник знаменитого дрейфа «Седова», один из самых первых героев Совестского Союза. Нашей научной группой руководил доктор океанологии Виктор Робертович Фукс. По заведенной им традиции для всех нас, ещё тогда неостепенённых, он был своим, к нему и обращались, как правило, всего лишь по имени – за исключением меня, поскольку я всё же был на кафедре вроде человека со стороны. Фукс действительно держал себя вне регалий, давая понять, что он всего лишь один из нас, – и в этом невозможно было заподозрить ни малейшего наигрыша, ибо всех нас – будь то в помещениях кафедры или в чередующихся отлучках (морских экспедициях) – объединяло одно: морская стихия – а значит и она, одна на всех, ставшая уже маленькой, планета Земля.
Да, в нашей группе было спаянное братство непохожих друг на друга, но по-своему людей замечательных, отмотавших тысячи миль океанских дорог: Пётр Губер, Александр Мичурин, Валерий Казарьян, Валерий Голосов, Дмитрий Старицын – каждый из них, бывших моих коллег, в какой-то мере присутствует в моих писаниях, но я отдаю себе отчёт в том, что смог коснуться лишь части их натуры. И это меня печалит.
1.04
Не зря народ придумал
Но в пении нуждается и взрослый – и главным образом не для сна. (Правда нынче уже существует даже специальная музыка, помогающая заснуть.) Песня даёт отдых душе, порой помогает облегчить человеку нелёгкую жизненную ношу. Это замечательно работало в прошлом.
Не то нынче. Не лишиться бы нам этого благотворного влияния, ибо слишком много у нас стало – вместо пения – примитивного завывания под барабан с обезьянними ужимками и прыжками, что сильно похоже на плохое цирковое действо.
2.04
При каждом удобном случае наши либералы не устают пинать советское прошлое – всё там подряд было плохо, хуже некуда. Но вот что написал в записной книжке Олеша – то есть всё это вовсе не предназначалось для какой-нибудь выгодной для автора хвалебной публикации (шестидесятые годы):
«Она стала удивительной, грандиозной, эта жизнь! Новая, совершенная техника, новый быт. И новые люди! На экране телевизора порой проносится такой состав, что всплескиваешь от восторга руками, порой громоздится такой мост, что, кажется, закружится голова от его масштабов. Светлые жилые дома, школы, столовые. И великолепные лица людей – в окошках локомотивов, у станков, у чертёжных столов, в сиянии торжественных вечеров и в копоти будней.»
Уж мне-то верить на слово этому не надо, поскольку я всё это сам видел.
4.04
В ходе очередной говорильни у Соловьёва снова коснулись темы мировой политики. Карен Шахназаров, улыбаясь, задался вопросом: кто они – Хиллари Клинтон, Трамп? И ответил с юмором: они есть порождение ЕГЭ, именно по этой системе они учились, поскольку тогда она в Штатах уже существовала – то есть они на ней выросли, а теперь вот это сказывается во всемирном масштабе.
Я бы к этому добавил, что мы уже стали свидетелями того, как правит миром поколение
Устоит ли Россия от раньше подспудного, а сегодня вполне чудовищного напора этого бедствия?
12.04
Продолжается распространение безнаказанного, пугающего всех помешательства.