Она скорее упала, чем прыгнула, а затем я помог ей пройти через канаву к заросшему травой холму. Машины были припаркованы по обеим сторонам магистрали, но не все движение было остановлено. Фура проехала мимо нас, раздув волосы Америки и окатив нас водой.
Америка опустила руки по бокам, ее пальцы разжались, а тушь бежала по ее щекам.
– Я ничего не вижу, а ты? – спросил я.
Она покачала головой, вытирая майкой лицо.
– Однако это ничего не значит. Возможно, были сообщения о потоке или снижении.
– Этот переход ближе, чем город. Пойдем туда. Мы можем позвонить твоим родителям…
Звук криков раздался эхом позади нас, и я посмотрел назад, чтобы увидеть, что происходило.
– Шепли! – вскрикнула Америка, с ужасом глядя на юго –запад, в направлении туристической стоянки, расположенной у деревьев. Ветки сгибались почти до предела, беспомощно разлетаясь на бушующем ветру.
– Блин, – сказал я, видя, как облако медленно падает с неба.
Америка
Мокрая и замерзшая, я подняла свою дрожащую руку, чтобы показать на синий палец, грозивший из облаков сверху. Кто –то задел меня плечом, почти толкая меня вперед, и я увидела мужчину, бежавшего к переходу и обнимавшего малышку с косичками и в белых сандаликах.
Магистраль вела к переходу над Хайвей 170. Автостоянка была внизу с одной стороны, а заправка с другой, всего в четверти мили.
Шепли поднял руку.
– Нам надо идти.
– Куда?
– К переходу.
– Если все дойдет до моста, нас засосет, – сказала я, и мои зубы начали стучать. Я не была уверена, было ли это от холода или от страха. – Заправка – самое безопасное место!
– Она ближе, чем Эмпория. Надеюсь, нас обойдет стороной.
Еще несколько людей пробежали мимо нас к переходу, исчезая, как только сбегали вниз по склону, чтобы спрятаться под мостом. Грузовик резко затормозил посреди магистрали, и через секунду его протаранил внедорожник. Громкий хруст металла и стекла заглушил нарастающий ветер, создаваемый торнадо. Оно выросло еще больше всего за несколько секунд, когда я отвернулась.
Шепли дал мне знак подождать, пока бежал к обломкам. Он заглянул внутрь, сделал несколько шагов назад и потом поспешил проверить водителя грузовика. Его плечи поникли. Они все погибли.
– Ты не можешь здесь оставаться, – сказала женщина, дергая меня за руку.
Она держала за руку мальчика лет десяти. Белки его глаз выделялись на фоне его темной, бронзовой кожи.
– Мам,– сказал он, потянув ее.
– Здесь все сейчас разнесет! Вам нужно найти укрытие! – снова сказала мать, уходя к заправке со своим сыном.
Шепли вернулся ко мне, взяв меня за руку. – Нам надо идти, – сказал он, повернувшись и увидев десятки людей, бежавших к нам из своих припаркованных машин.
Я кивнула, и мы побежали. Дождь хлестал мне по лицу, падая горизонтально, а не на землю, ухудшая видимость.
Шепли посмотрел назад.
– Бежим! – сказал он.
Мы побежали через две полосы и остановились на дальней стороне разделителя. Движение было несильным, но еще продолжалось в обе стороны. Мы остановились на мгновение, а потом Шепли опять толкнул меня вперед, через обе полосы встречного движения , а затем вниз по склону к заправке. Высокий знак наверху гласил «Летающий Джей ». Люди бежали с парковки к переходу.
Шепли остановился, и моя грудь вздымалась.
– Куда вы идете? – спросил Шепли, не обращаясь к кому –то конкретно.
Мужчина, державший за руку девочку младшего школьного возраста, пробежал мимо нас, указывая вперед.
– Она заполнена! Больше никто не поместится!
– Дерьмо ! – закричала я. – Дерьмо! Что нам делать?
Шепли дотронулся до моей щеки, беспокойство сделало темной кожу у него вокруг глаз.
– Молись, чтобы нас это не коснулось.
Мы вместе побежали к двум мостам, которые позволяли магистрали проходить над Х айвей 170. Над нами нависали большие бетонные столбы, создавая нишу, в которой металл соединялся со склоном. Пространство под обоими мостами было уже полно напуганными людьми.
– Там нет места, – сказала я, чувствуя себя безнадежно.
– Мы сделаем место, – сказал Шепли.
Когда мы поднялись по крутому склону бетонного холма, машины, которые все еще пересекали переход, звучали, словно удары барабана. Родители заталкивали своих детей в самые дальние уголки, которые только могли найти, и закрывали их своими телами. Парочки ютились вместе, а группа из четырех девочек –подростков вытирали мокрые щеки, то ругаясь на свои мобильники, то молясь.
– Здесь, – сказал Шепли, толкнув меня под западный мост. – Оно сначала ударит в восточный мост. – Он провел меня в центр, где было небольшое пространство, достаточно большое только для одного из нас.
– Залезай, Мер, – сказал он, показывая на небольшой выступ перед двухфутовой бетонной нишей.
Я покачала головой.
– Тут нет места для тебя.
Он нахмурился.
– Америка, у нас нет на это времени.
– Приближается! – закричал кто –то с западного моста.
Шепли обхватил мое лицо и запечатлел крепкий поцелуй на моих губах.
– Я люблю тебя. С нами все будет в порядке. Я обещаю. Поднимайся туда.
Он попытался провести меня, но я медлила.
– Шеп , – сказала я сквозь ветер.
– Сейчас же! – потребовал он. Он никогда прежде так со мной не разговаривал.
