– Правильнее было бы сказать: он умер, не успев проглотить пирожок, – ответила Настя, откусывая кусочек говяжьей вырезки, завёрнутой в тонкий ломтик свиной корейки и запеченной в тесте с добавлением душистых трав.
– Расскажи, как он умер? – поинтересовался Иван, откусывая кусок пирога, нафаршированного утиным мясом, вымоченным в клюквенном меду и обжаренным с луком.
– Неожиданно, но предсказуемо, – ответила Настя, закусывая раковой шейкой под соусом из малосольного тёртого огурца с укропом и кедровым орехом.
– Он получил своё, – резюмировал Ванька, переходя к сладкому десерту.
– А хотел получить нас, – закончила тему Анастасия, отпив глоток клюквенного морса со взбитым малиновым муссом и листиком мяты.
Когда друзья, закончив обед, поднялись к себе, в номер влетела Прасковья и бросилась в объятия Ивана:
– Ты спасся! Какая удача!
– Это Настя меня спасла, – сказал Ванька, неловко отстраняясь от Прасковьи.
Увидев благодарность на лице Прасковьи, Настя подумала, что зря относилась к ней с предубеждением. Похоже, что чувства у девушки были искренними.
– Без Ваниной помощи я вряд ли смогла что-нибудь сделать, – скромно сказала Настя.
– Вас ждут во дворце. Папа просил передать, что есть очень важные новости, – с подъемом сказала Прасковья. – Я отвезу вас в своём экипаже, а потом уеду.
Ванька с Парашей всю дорогу о чем-то чирикали, мурлыкали и щебетали, а Настя смотрела на город и думала о своём, не обращая внимания на счастливую пару.
На воротах их встретил Демьян и повел в здание, а Прасковья вернулась к себе в усадьбу.
– У тебя есть отец? – спросил Демьян Ивана по дороге к дворцу.
– Есть, но я его никогда не видел, – ответил Ваня, смутившись.
– Почему так вышло?
– Он переспал с мамкой, а на следующий день ушёл. И больше не возвращался.
– А как её зовут? – напрягся Демьян.
– Авдотья, – тихим голосом произнес Иван.
– Сколько лет тебе, Ваня?
– Восемнадцать, – покраснел Ванька.
– Опиши свой дом, где ты вырос.
– Чего там описывать? Первая изба у леса наискосок от мельницы, у ручья, – сказал Иван и увидел, как слеза заволокла глаза Демьяна.
Демьян остановился и внимательно посмотрел на Настю.
– Мне сказали, что ты ему сестра. Выходит, ты тоже моя дочь? – спросил обескураженный Демьян.
– Иван не мой брат. Нам пришлось сказать неправду, чтобы выжить. Но мне он стал как родной. Это чистая правда, – искренно ответила Анастасия.
Демьян подошёл и обнял оторопевшего Ваньку.
– А я тебя во сне видел. Ты был такой же, как сейчас, – всхлипнул Иван.
В зале Большого Совета их ожидали Вихор, Жуть и Балабол. Они стояли возле круглого стола и о чем-то спорили. При виде вошедших Балабол прервал разговор и направился к ним со словами:
– Ситуация, сложившаяся в связи с внезапной смертью Мути, требует принятия важного решения. Мы пригласили вас поучаствовать в обсуждении дальнейших шагов, которые разрешат возникшие противоречия. Другими словами – нам надо назначить нового царя. Положение почти безвыходное, так как единственную приемлемую кандидатуру, которая устроила бы всех, мы найти не можем.
– А Кощея куда дели? – удивилась Анастасия.
– Помер Кощей, – скорбно сказал Балабол, – семь лет уже как помер.
– Но вы же семь лет как-то жили без царя? Зачем он сейчас понадобился? – спросила Настя.
– Теперь шила в мешке не утаить. Скоро все узнают, что трон свободен, и это может привести к волнениям и смуте. Люди, кормившиеся за счёт подачек Мути, способны переломить ситуацию, потребовав сменить принцип государственного устройства. Короче, нужен царь, – ответил Насте Вихор.
– Постойте! – встрял в разговор Демьян. – Кощей оставил завещание. Он доверял мне как телохранителю и однажды вручил мне ларец, который я должен вскрыть после его смерти.
– Так чего же ты молчал? – вскричал Вихор. – Неси скорей его сюда.
Пока Демьян ходил за ларцом, Балабол отвел в сторону Анастасию и негромко сказал:
– Я знаю, что Муть умер не совсем своей смертью, но лучше бы об этом не распространяться. Договорились?
– Ну помер и помер – с кем не бывает, – ответила Настя, улыбаясь.
– Как думаешь, Иван годится на роль царя? Мне кажется, что при твоей поддержке, как лица, представляющего королевский дом Фридомии, можно было бы попытаться надавить на Вихра с Жутью, чтобы решить этот вопрос положительно, – заискивающе сказал Балабол.
– А что? Иван Первый – царь всея Омутляндии и прочей Омутени! Звучит красиво, – рассмеялась Анастасия.
– Я говорю серьёзно. Из Ивана получится замечательный правитель, а ты будешь его личным советником.
– Я получила ответы на все вопросы, и меня здесь уже ничего не держит. Скорее всего, я уеду к себе во Фридомию, а вам оставлю царя Ивана, если так получится. Считаю, что опытный советник ему не повредит, поэтому буду рада твоей кандидатуре, – предложила Настя.
– Что же, это вполне реалистичный подход, – удовлетворённо выдохнул Балабол.
– А что-то не видно Яги, она не при делах, что ли? – спросила Настя Балабола.
– Сбежала Яга в Сырляндию, прихватив два мешка золота из казны, – понуро ответил Балабол, – купила там ферму, разводит кур и варит сыр.
– А вернуть её не пробовали?
