Остановившись перед очередными дверями, около которых дежурило аж четверо гвардейцев, Григорий велел мне подождать, а сам ужом проскользнул между створками. Я огляделся. Сесть поблизости было некуда, поэтому пришлось маячить на небольшом пятачке. Мелькнула мысль: а не дать ли дёру, пока не поздно? Но четыре дюжих молодца, бдительно наблюдавшие за мной со своих постов, отбивали всякую к тому охоту. Да и заблужусь я наверняка в этих коридорах-переходах. К несчастью, в Кремле я за свои шестнадцать лет так и не побывал.
Из-за плотно прикрытой двери начали доноситься голоса. Слов было не разобрать, хоть разговаривали явно на повышенных тонах. Причём женский голос доминировал. Я подумал, что Гришке всё же достаётся на те самые орехи, которых ему не хотелось. Наконец перепалка стихла. У меня бухнуло в груди, и перехватило дыхание, когда пришло понимание, что настала моя очередь. Мне почему-то представилась грозная толстая тётка-генеральша в тяжёлом пышном, непременно зелёном платье, да ещё с "дамскими" усиками над верхней губой. И с родинкой на носу. "Всё нормально. Я же ничего плохого не совершил", - начал успокаивать я себя, мысленно готовясь к встрече с суровой дамой.
Сеанс аутотренинга был прерван появившимся Гришкой. Рожа у него была раскрасневшейся, уши горели как стоп-сигналы на свежепомытом внедорожнике. Зато улыбка была довольной, как у кота, который только что ополовинил содержимое хозяйского аквариума.
- Ты ещё не сбежал? - делано удивился он. Ха! Да если б я смог - только бы меня и видели! - Ну, тогда иди... знакомься.
Я вдохнул полную грудь воздуха, как перед нырком с вышки, и решительно вошёл в комнату. Красные стены, с серыми мраморными фальш-колоннами. Белый с красным узором пол. Красная мебель. И золото. Много золота. Всё залито тёплым светом от огромного количества толстых свечей. От этого было душно, и не спасали даже открытые окна, дающие небольшой сквозняк, от которого пламя металось и вздрагивало. В глазах зарябило, и мне не сразу даже удалось разглядеть хозяйку этих поистине царских покоев. А заметив её, я вовсе потерял самообладание и начал озираться, в поисках почтенной матроны. Но, не найдя больше никого, вновь остановил взгляд на молодой симпатичной черноволосой женщине, на вид ровеснице Гришки. Она сидела за письменным столом и с интересом изучала меня. И в этот момент стомиллионовтыщьвольтным разрядом в голове взорвалось понимание -
Я растерянно оглянулся на Григория. Весь его вид выражал сплошное удовольствие от удачно проведённого розыгрыша. Шутник, блин!
Что... что теперь?! Кланяться? В ноги валиться? Спасительная мысль отодвинула на задний план надвигающуюся панику: мне же никто не говорил, что это императрица. Можно прикинуться валенком, выиграв при этом немного времени. Я поклонился в пояс. Надеюсь, что не очень неуклюже. Вот надо было хоть потренироваться. Выпрямившись, поймал взгляд Екатерины. Если не ошибаюсь, она тоже забавлялась, но и некоторая толика удивления там присутствовала. Надо пользоваться её хорошим настроением.
- Здравствуйте, сударыня, - начал я, стараясь, чтобы голос не дрожал, и со всевозможной почтительностью. - Простите, не знаю, как к вам обращаться. Нас не представили, да и Григорий не сказал, к кому меня привёл.
Вот тебе, хохмач. Получи камень в огород. Теперь или хана мне, или...
- Подойди, паренёк, не бойся, - впервые подала голос царевна... царица? Тьфу! Ну, понятно, короче. Я приблизился к столу. - Значит это ты моего богатыря от смерти лютой спас? - продолжаете, значит, развлекаться. Эх! С удовольствием бы поучаствовал, если б коленки не дрожали.
- Да какая там смерть-то? Так, помог самую малость, - повторить, что ли подвиг Мордюковой на вступительных в театральный институт, и вытереть нос рукавом? Нет, переигрывать нельзя.
- А он утверждает, что спас. А впрочем, не будем об этом. Я уже решила, что ты достоин награды. Можешь просить, чего желаешь. И говори смело, ибо перед тобой твоя императрица!
Шах и мат! Инкогнито раскрыто, и видимо, ради этого момента, а точнее для забавы от моей реакции был затеян этот камерный спектакль. Но мне удалось чуть оттянуть время "Х" и немного собраться. Я бухнулся на колени:
- Матушка императрица...
- Встань, встань же, - опа! Раздражение в голосе. Быстро подняться. - Ну... я жду!
Аттракцион "Почувствуй себя кузнецом Вакулой". Хоть черевички проси. Вот только, боюсь, что попросив что-нибудь ценное, разом испорчу мнение о себе: слишком стандартно. Хотя, неплохо было бы притащить домой из восемнадцатого века какую-нибудь штуковину. Желательно подороже. Но - "домой!" - вот ключевое слово и то, что мне надо!
- Государыня, - голос всё же предательски дрогнул от мешанины эмоций, - дело в том, что я иду в Петербург, для встречи с Михаилом Васильевичем Ломоносовым. А он, как мне известно, сейчас мало кого принимает у себя. Поэтому, я был бы счастлив, если б вы оказали мне протекцию перед вашим академиком.
