Они сидели на знакомом разноцветном покрывале, окруженные плетеными корзинками, и махали мне, радостно улыбаясь. Отец и мама, Эд и Эв, на руках у которой подпрыгивала малышка Эм. Я отпустила ладонь Арманиуса и побежала вперед, к ним, задыхаясь от счастья. Упала на колени и обняла их всех – всех вместе, и по очереди, а потом опять вместе… Ни разу в жизни я не была так счастлива!
– Мы гордимся тобой, Энни.
– Ты молодец.
– Всех сделала!
– Мы тебя любим!
– Очень-очень!
Я взяла Эм на руки и, уткнувшись лицом ей в затылок, втянула носом воздух. Она пахла медовыми пряниками… Защитница, как же я люблю этот запах! Запах дома. Запах моего детства. Запах счастья.
В какой-то момент все окружающее начало заливать белым светом, и оно исчезло. Мир вернулся на свое место, и я вновь оказалась перед воротами «Иллюзиона».
Толкнула их и вышла наружу.
– Как вам «Иллюзион», айла? – спросил Грег, улыбнувшись.
Как? Это было невозможно передать словами.
Я была очень рада и довольна. И не ощущала ни малейшей капельки горя…
– Прекрасно.
– Я рад. Садитесь, мы довезем вас до общежития.
Я села в магмобиль и поинтересовалась:
– А где его высочество?
– Да, кстати, – кивнул Грег, доставая из нагрудного кармана куртки конверт. – Вот, это вам.
Я развернула записку и прочла:
«Прошу прощения, что похитил вас на сегодняшний вечер, и надеюсь, что искупил свою вину».
Хитрый Арчибальд. И как мне ему отказывать после такого подарка?
На следующий день Эн светилась, и Берт, увидев ее утром, почувствовал укол ревности. Светиться из-за него она вряд ли могла, а вот Арчибальд… Наверняка ведь что-то предпринял после того их разговора. И Эн этим «предпринятым» явно довольна. Знать бы, что это было…
– А вы не хотите и дальше оставаться ректором? – спросила Эн, набирая в шприц какой-то раствор жуткого фиолетового цвета.
– Не знаю. Я считаю, что каждый человек должен заниматься своим делом. Руководить университетом у меня всегда получалось плохо.
– Вы не правы, – покачала головой Эн, подходя ближе. – Ложитесь на живот и приспускайте штаны, укол будем делать. Так вот… Вы не правы. Мало кто способен совмещать две настолько важные работы, ни в одной не теряя в качестве. Сами знаете, какой вы охранитель, а ректор… Разве при вас Высший магический университет Грааги перестали считать лучшим учебным заведением в стране?
Берт поморщился от резкой боли пониже спины – Эн как раз делала ему укол.
– Нет, даже наоборот. Но вряд ли это моя заслуга, почти все обязанности за меня выполнял Велмар.
– И опять вы не правы. Поворачивайтесь лицом ко мне. Агрирус не более чем зам. Насколько я помню, все нововведения, благодаря которым университет процветал, внедряли именно вы. И преподавателей искали вы, и…
– Ладно, ладно, – засмеялся Берт и тут же вновь поморщился. На этот раз Эн делала укол в предплечье. – Я понял, что ты считаешь меня хорошим ректором. Но…
– Вы просто испытывали чувство вины, потому что никогда не отдавались этим обязанностям целиком и полностью. Сейчас у вас есть возможность исправиться.
– Какая возможность? – удивился Арманиус, замирая от укола во второе предплечье. – Не с моим резервом.
– Я говорила вчера со своим другом-артефактором. Он обещал подумать. Может, разработает что-то вроде моей иглы. Если у вас будет возможность сохранить ректорство… Вы бы хотели этого?
Честно говоря, Берт очень сомневался, что Янг станет придумывать артефакты специально для него. Но Эн этого знать пока не следует. Вдруг он ошибается?
– Да. Я не могу сказать, что работа ректора так уж мне претила… Это не совсем мое, но то, что мое, вероятно, будет недоступно в дальнейшем. Поэтому… да, пожалуй.
Эн удовлетворенно кивнула.
– Хорошо.
– Эн, скорее всего, уже поздно что-то предпринимать. Метка почти исчезла и…
– Почти – это еще не полностью, – возразила она, напомнив Берту о похожем замечании Гектора Дайда. – Пока есть возможность побороться, будем бороться. Так… сейчас я дам вам кое-что выпить. Это вызовет реакцию и наверняка будет неприятно.
– Я понял. Давай свое зелье.
Она не улыбнулась – такой напряженной была. Протянула Берту стакан с переливающейся бледно-голубой жидкостью и негромко сказала:
– Зажмите нос и выпейте залпом.
Арманиус глубоко вдохнул, зажал нос и опрокинул в себя стакан.
Секунды две он ощущал только жутко мерзкий вкус во рту, напоминающий хлорку пополам с микстурой от кашля. А потом пошла реакция. И шла она от тех мест, куда Эн делала уколы, расползаясь по его телу, словно обжигающе-горячие змеи. Проникала в кровь, и она будто бы кипела, но самыми неприятными оказались судороги, охватившие весь живот, словно железный обруч с металлическими иголками.
Берт не понял, сколько продолжался этот кошмар, но ему стало легче, только когда его наконец вывернуло в подставленный Эн тазик.
– Защитник, – простонал он, сплевывая мерзкое зелье. – Что это было?
