Я прошлась с поцелуями вверх, к виску, потом вновь ниже… Замерла, достигнув незнакомых губ, и вздрогнула, услышав ледяное:
– И?
Защитница, я, наверное, умру сегодня.
Я вздохнула и прижалась губами к его губам. Это было словно прыжок в ледяную воду. Я знаю, мы с братом и сестрой прыгали как-то по весне в прорубь. Безумно страшно, отчаянно и холодно до такой степени, что промерзаешь до костей. Тогда нам, детям, было весело. Мне нынешней – не очень.
Император ответил на поцелуй, сжав ладонями мое лицо, и ответил совсем нецеломудренно, совсем… Мне хотелось оттолкнуть его, но я терпела. И не просто терпела – я изо всех сил старалась, чтобы ему понравилось, и губами двигала, и языком, и, подняв руки, положила их ему на плечи. Погладила, пытаясь быть ласковой…
Он перестал меня целовать очень неожиданно. Отстранился, заглянул в глаза и сказал уже не настолько спокойным голосом, как раньше:
– Хорошо, мне нравится. Ты молодец. Пойдем в спальню.
Я кивнула, сделала шаг к соседней комнате – и замерла, услышав:
– Ты точно не передумала, Эн?
Почему он постоянно об этом спрашивает?!
– Нет, ваше величество.
– Хорошо. – Император изучал мое лицо, и его жуткие глаза сверкали. – Тогда пойдем.
Он положил руку мне на талию и повел в соседнюю комнату. Она была поменьше предыдущей, да и практически всю ее площадь занимала огромная кровать, по обе стороны от которой стояли два неярких магических светильника.
Покрывало было откинуто, и от одного вида постельного белья я сжала зубы, вдруг представив себе, что именно здесь… Нет, Эн, не думай. Захлестнет паникой.
Император подвел меня к краю кровати и, повернув к себе спиной, начал расстегивать платье, быстро и ловко. Явно много практиковался. Так что совсем скоро платье упало вниз, оставив меня в одном только нижнем белье.
Он развернул меня, как куклу, и, оглядев с головы до ног, хрипло сказал:
– Теперь ты раздевай меня.
Поначалу показалось, что я ослышалась. Видимо, он понял это, потому что повторил:
– Раздевай, Эн, – прищурился, глядя мне в глаза. – Или ты передумала?
– Нет. – Я помотала головой и начала расстегивать сорочку его величества. – Не передумала.
Император очень странно смотрел на меня, пока я раздевала его. Тело у него было смуглым и очень, очень горячим.
– Вы такой теплый, потому что недавно из огня? – спросила я, пытаясь отвлечь саму себя. Сорочку я сняла, нужно было переходить к брюкам и… Страшно. – Или это такая особенность у всех Альго?
– Особенность есть, но сейчас я горячее, чем обычно.
– Из-за огня?
– Из-за тебя.
Я вспыхнула. Зря спросила…
– Я жду, Эн.
Я, сцепив зубы и стараясь ни о чем не думать, села на постель. Стянула с его величества штаны, дотронулась до нижнего белья, но он остановил меня резким:
– Пока достаточно.
А в следующую секунду голова закружилась, потому что император опрокинул меня на кровать, разведя ноги и ложась сверху, и поцеловал.
Защитница, я думала, что тот, первый, поцелуй был неприличным? Наивная. Неприличным был этот. Начиная с самого поцелуя и заканчивая движениями корпуса мужчины. Настойчивые руки сдирали с меня белье, сначала верх, потом низ. И все это – не отрываясь от поцелуя.
Горячие ладони сжали грудь почти до боли, и я всхлипнула.
– Ты передумала? – выдохнул император мне в губы. Теперь голос у него совсем не был ледяным. Но, по правде говоря, ледяной голос пугал меня меньше, чем такой – полный желания.
– Нет.
Его величество чуть приподнялся, заглядывая мне в глаза. Я вздрогнула от выражения его лица, зажмурилась на секунду… и вся сжалась, ощутив губы этого мужчины на своей груди.
Он целовал то медленно, нежно, то страстно и почти больно, но это было не важно. Не важно как. Я все равно хотела плакать и сдерживалась изо всех сил. А губы ползли ниже, на живот… и язык… о Защитница…
– Ты передумала?
– Нет. – И я, испугавшись, что император сам может передумать, – не зря же постоянно спрашивает! – подтянула его к себе, обняла, прижалась и поцеловала. В губы, в щеки, в грудь, в живот… Я целовала его много-много раз, отчаянно пытаясь доказать, что мне нравится и самой, что я тоже хочу его, – лишь бы дал мне свою кровь. Лишь бы дал!
В какой-то момент я вновь оказалась лежащей на спине, а император, почему-то очень нежно, понимающе улыбаясь, опустился на меня, лаская ладонями шею и затылок.
– Смелая девочка, – прошептал он, коснувшись горячим дыханием губ. – Очень смелая. Если бы понадобилось, и в Геенну бы вошла, да?
– Конечно, – сказала я тихо и, помешкав, робко спросила: – Почему вы не раздеваетесь до конца?
К моему удивлению, он засмеялся.
– Ну я же не железный, – ответил и, положив ладонь мне на лоб, произнес: – Ты умница, Эн. Спасибо тебе за все. А теперь… спи.
И в следующую секунду я провалилась в сон.
Проснулась я на рассвете почему-то у себя в комнате в общежитии. Поначалу решила, что мне все приснилось… Но я была голой, а на теле оказалось несколько следов от поцелуев его величества.
