— Казаки!.. — на бегу ответил тот, с винтовкой в руках спеша на позиции.
Мы быстро поднялись, Архип принялся запрягать лошадей в повозку, мало ли что. Ворошилов, командир полка и Сталин тем временем в окопах смотрели на горизонт. Из-за далёких степных холмов показались неровные тонкие цепочки людей. Взяв свой бинокль в руку, я посмотрел вдаль: казаки шли сплошными рядами размеренным шагом, держа в руках винтовки.
— Пешие… — сказал командир полка. — Всё ж легче. С конниками нам бы не совладать.
У стоящего неподалёку бойца сложенная щепотью рука дёрнулась было вверх, но остановилась на полдороги.
— Пулемёта у нас нет, — пожаловался командир. — Многовато их, как бы не добрались до позиций, а врукопашную они в таком разе сомнут.
— У нас "льюис" есть, — сказал Ворошилов, покосившись на меня. — Хотя маловато его будет. "Максима" бы…
— У соседей имеются два, — поделился сведениями командир полка. — Мож поделятся?
— Архип! — позвал Ворошилов, смотря на шагающих казаков. — Архип, где ты там?
Архипка молча появился у него за спиной.
— Вот что, Архип, — обратился к нему Ворошилов, — запрягай коней в бричку и до соседей. Дорогу покажут, — и Ворошилов взглянул на командира полка.
— Покажем, — подтвердил командир обрадованным тоном.
— Берёте там "максима" с пулемётчиком и мухой вертайся взад, — продолжил Ворошилов. — Скажете, я приказал. Всё понял?
Архип молча кивнул и собрался было идти, но Ворошилов остановил:
— Погодь, щас приказ напишу.
Командующий вынул из кармана листик бумажки и карандаш и написал несколько слов. Архип взял листок и, развернувшись, быстрым шагом поспешил к бричке, где к нему присоединился ещё один боец, направленный командиром.
Мы же остались наблюдать за приближением пеших казачьих цепей. Их и впрямь казалось много больше, чем наших. Бойцы вокруг в окопах стояли, направив в сторону казаков винтовки, и напряжённо всматривались вдаль. Через какое-то время, когда казаки подошли ещё поближе, некоторые бойцы не выдержали, и из окопов начал раздаваться неровный треск одиночных выстрелов.
— Без команды не стрелять! Прекратить! — закричал командир, и выстрелы временно умолкли.
— Рано ещё. Не стрелять, — подтвердил Ворошилов. Сейчас скажет: "Подпусти поближе", пришло мне в голову.
— Подпустить ближе! — добавил Ворошилов. — И залпом!
Сплошные цепи казаков неумолимо надвигаются. Короткое время проходит в молчании. Но вот раздаётся один торопливый выстрел, потом ещё один, и ещё… Казаки неуязвимо идут, не падая вовсе.
— Да они заговорённые, — бормочет кто-то. Некоторые оглядываются назад, и неуверенность начинает рождать панику.
— А ну не болтать! — вмешивается командир полка. — Товарищи, беляков мы остановим нашими пулями. Стрелять по команде. Залпом! Пли!
Звучит нестройный залп, но ближайший ряд казаков, кажется и в самом деле неуязвимым. Я вскидываю бинокль, всматриваясь в шагающую цепь.
— Пли! — звучит новая команда.
Некоторые пули взбивают маленькие фонтанчики земли, не долетев до идущих. Кто-то из казаков падает, но соседи смещаются, заполняя просвет и не давая заметить потери.
— Да мы мимо стреляем, — озвучиваю я. — А если попадаем, то они ряды смыкают, и как будто и не было!
— Я же говорил: "Подпусти поближе!" — подтверждает Ворошилов. — Только так и можно, залпами и пулемётом.
— Прекратить стрельбу, мать вашу! — реагирует на его слова командир полка. — Ждём, целимся! Стрелять по команде!
Я выравниваю "льюис" на сошках, встав рядом с патронным ящиком, и прижимаю приклад к плечу, нацелившись на перешедших на быстрый шаг казаков. Где-то в глубинке меня чувствуется страх, но привычные действия и пулемёт в руках позволяют подавлять его и не давать ему волю.
— Прицелились! — приказывает командир рабочего полка и сам вчерашний рабочий. — Пли!
Раздается залп, от которого ряд казаков несёт уже хоть какие-то видимые потери, но их ничтожно мало. Я тут же начинаю трещать "льюисом", водя стволом вдоль цепи. Наступавшие в некотором количестве валятся на степную землю, но большинство ускоряет шаг. Потом ещё один винтовочный залп из окопов, и я заканчиваю первый диск.
— На, заряжай! — сую диск и поворотный шток для него в руки рядом стоящему бойцу, а сам прилаживаю второй и продолжаю стрелять короткими очередями.
Казаки пугающе приближаются, несмотря на некоторые потери, и переходят на бег с направленными на нас винтовками без штыков, очевидно казачий вариант "мосинки". "Льюис" не успевает прореживать бегущую цепь. Заканчивается второй диск, присоединяю третий, последний, а боец рядом всё ещё возится, впихивая винтовочные патроны в первый. Я уже начинаю различать оскаленные бородатые лица и слышу крик бегущих на нас казаков. Выпускаю по ним последний заряженный диск, но первый ещё не готов. Выхватываю у бойца диск и начинаю судорожно вставлять в него недостающие патроны, в небольшой надежде успеть до подхода наступающих.
