- Глеб Юрь… Глеб… - тихо простонала Соня, пытаясь перехватить его руки, но при этом выгибаясь ему навстречу.
- Да, моя хорошая… - пробормотал он, находя застёжку бюстгальтера.
Соня судорожно прижала руки к груди, пытаясь сохранить остатки ткани.
- Ну что ты… - он легко преодолел слабое сопротивление. – Дай на тебя посмотреть… Красивая моя… Ты знаешь, что ты красавица, Соня?
Это не было пустыми словами. От вида полуобнажённой, доступной и податливой куколки дух захватило. Пусть это было сто раз смешно и неоправданно, но сейчас ему казалось, что он в жизни не видел такой манящей красоты, настолько восхитительного женского тела.
Полная, упругая грудь с по-девичьи аккуратными коричневыми сосками и большими бледными ареолами была словно специально создана для него. Для того чтобы он её ласкал, целовал, сжимал и гладил, заставляя девочку сходить с ума от безумной гаммы чувств.
Глеб отбросил ненужный кружевной клочок и впился поцелуем в губы, не давая Соне ни малейшей возможности возразить. Осторожно очертил нежные полушария, чуть приподнял в ладонях, будто взвешивая.
Соня коротко вздохнула, откинулась сильнее, открывая ему путь к чувствительным уголкам своего тела.
Он продолжил ласкать, не оставляя без внимания ни одного доступного его рукам кусочка тела, но теперь намеренно обходя грудь, дразня. До тех пор, пока Соня сама не стала вертеться, выгибаться в его руках так, чтобы чувствительные полушария попали под его ладони.
- Ты можешь сказать, если чего-то хочешь, - прошептал ей на ухо, дразняще проводя ребром ладони по нежной впадинке между грудями.
- Да-а, – простонала она в ответ.
- Что – да? – сам не знал, откуда берётся выдержка дразнить девочку, но это точно было не менее сладко и долгожданно, чем сам финал.
- Гле-еб… - она судорожно перевела дыхание и выгнулась ещё сильнее, предлагая себя.
Будто он в самом деле до сих пор не видел завораживающей, зовущей красоты её тела, выдержка вдруг схлынула. Больше не в силах медлить, Глеб наклонился, резко втянул ртом манящий коричневый сосок. Бережно сжал в ладони другую грудь, погладил, с небывалым даже в юности восторгом чувствуя, как твердеет тугая вершинка и покрывается мурашками кожа.
Соня тихо вскрикнула, вцепилась одной рукой в его волосы, бессознательно прижимая его ближе к себе, побуждая не останавливаться; другой продолжала хаотично гладить, исследовать его тело, стыдливо замирая у кромки брюк и снова скользя вверх по спине.
Глеб с силой прижал девочку к себе, заставил приподняться, чтобы полностью стащить ненужное платье – вместе с трусиками. Соня потрясённо распахнула глаза, заметив, что остаётся совсем без одежды, кажется, попыталась запротестовать, но Глеб не дал ей такой возможности. Снова закрыл поцелуем рот, осыпал ласками и поцелуями грудь, шею – все проверенно чувствительные участки её тела.
- Ну что ты… - отбросив прочь мешающие тряпки, нетерпеливо огладил бёдра, сжал ягодицу. – Тут ведь тоже приятно, правда? Не бойся…
Соня сама нашла его губы. Впилась так отчаянно, словно он был последней реальностью в крушащемся мире; прильнула всем телом. Прикосновение кожи к коже заставило почти болезненно встрепенуться и без того готовую к бою плоть.
- Сладкая моя… - он с трудом оторвался от девочки на один только миг. – Пойдём…
Поднялся сам, заставив встать и её, осторожно подтолкнул к кровати. Ни с кем больше не стал бы и заморачиваться, опрокинул на месте – и хорошо, но свою куколку хотелось вкусить полностью, с расстановкой, с комфортом.
При виде разобранной постели Соня вдруг замерла. Отпрянула. Если бы он не держал в объятиях, вырвалась бы и сбежала прочь.
Перемена была настолько резкой, что он не сразу понял – это всерьёз, не кокетство. Податливое до этого тело вдруг закаменело, напряглось, будто девушку тащили на пытку.
- Я не хочу! – отчаянно выкрикнула Соня.
Глеб встретился с ней глазами и вместо недавней томной поволоки увидел лишь ужас. Застарелый, глубокий – такой, словно настоящее вовсе не имело значения. И благодаря этому пониманию его вдруг осенило. Девочка боится не того, что будет. Она боится снова стать жертвой. Беспомощной. Лежать распростёртой под тяжёлым мужским телом и не иметь возможности пошевелиться, отказаться, сбежать…
- Не хочешь в кроватку? – игриво промурлыкал он, старательно делая вид, что всё идёт, как ожидалось. – Ну и не надо!
Не давая опомниться, подхватил девчонку на руки и, в два шага преодолев пространство, усадил её на комод. Сам стал перед ней, между разомкнутыми бёдрами. Соня попыталась рефлекторно свести ноги, но лишь невольно сжала коленями его бёдра.
Глеб нетерпеливо, одной рукой содрал с себя остатки одежды, ни на миг не отрывая от своей девочки ненасытных губ. Она зажмурилась, не решаясь взглянуть на него. Почувствовав у входа прикосновение жаждущей плоти, сжалась ещё сильнее.
