– Ос, только не заливай мне! Я же не слепой! Даже Стасон заметил, что ты втюрился!
Оскар почувствовал, что щёки нещадно горят. Он и подумать не мог, что его поступки по отношению к Клариссе окружающие расценят как ревность.
Оскар резко повернулся к Толе, схватил его за плечи и прошипел:
– Слушай сюда! Я ни в кого не втюрился. Эта хитрая Маршал насыпала мне в постель червей, пока мы бились подушками. Теперь понял?
– То есть ты ей мстишь?
Оскар победоносно кивнул.
– Наконец-то дошло!
Толя хмыкнул.
– Ну а сколько мстить-то можно? На плацу ей досталось из-за тебя, во время сплава водой облили, веслом ударил, в реку в одежде скинул, в бутерброд червя подложил… Чего ещё-то? Ты вообще уверен, что она тебе червей подкинула? Ты видел, как она это сделала?
– Да она это, она, больше некому! Я уверен. Строит из себя тихоню-недотрогу… Влюбился, ха! Да я одного её вида не переношу.
– Ага, – усмехнулся Толя, – а высматриваешь ты её постоянно в толпе от переизбытка ненависти, да?
– Да ну тебя, – разозлился Оскар и отошёл от друга, бросив через плечо: – Вон Дианка пришла, беги, спотыкайся…
В отличие от других девочек, сестра пренебрегла дресс-кодом и надела вместо платья для бала короткую камуфлированную юбку, белый топ и чёрные сапоги на шпильках.
Оскар смотрел представление, но краем глаза нет-нет да поглядывал на Клариссу с Марселем.
«Я не слежу за ней! И платье у неё дурацкое! ещё и лохмы растрепала! Я просто наблюдаю. Не стоит выпускать врага из поля зрения! Мне плевать на её шуры-муры с этим французишкой! Ревную, как же!» – оправдывался мысленно он перед Толей.
– Эй, – на плечо опустилась рука Стаса. Оскар от неожиданности подскочил.
– Не пугай ты так!
Стас покосился на сладкую парочку.
– А что, правда, Маршал тебе доставила завтрак в постель?
– Что? А-а… поздний ужин скорее, – фыркнул Оскар.
– Если бы мне такое кто сделал, лицом бы в этих червей натыкал! – Он изобразил, что хватает невидимого врага за волосы и тыкает: – На-а, на-а, на!
– Ну вот! – обрадовался Оскар. – Ты меня понимаешь! А Толян говорит, сколько можно мстить? Да я только начал!
Стас засмеялся и обернулся посмотреть на Толю, стоящего рядом с Дианой.
– Толян мягкий. Вот и Дианка на него не глядит, девчонкам такие не нравятся. – И он резко сменил тему: – Ну что дальше будешь делать с училкой?
Оскар повёл плечом.
– Пока не решил. Может, пригласить танцевать и наступить на подол платья так, чтобы оторвать?
– Почему бы и нет! У неё ведь под ним только трусы! Вот смех будет!
– Откуда знаешь?
Стас вытаращил глаза.
– Ну такое обычно всегда смешно.
– Да я не про то… про трусы откуда знаешь?
– Это все знают, под платьем – трусы. Ну не штаны же, сам подумай! Интересно, какие она носит: такие большие, чуть ли не до колен, как у старух, или маленькие, как на девках с карт Толиного папашки?
– Да ты у нас знаток! Колись, какую старуху ты раздел?
Стас хрюкнул.
– У бабан видал, на верёвке сушились.
И они громко засмеялись. На них начали оборачиваться и шикать.
После акробатов выступил фокусник. Стас не дал Оскару понаблюдать за Клариссой, потому что бубнил всё выступление. А в заключение заявил:
– Брехня, такие фокусы покажет и мой четырёхлетний племянник!
На прощание фокусник вытащил из шляпы белого голубя, взмахнул рукой и сказал, что голубь встретит ребят у бального зала.
Всех пригласили в столовую, оформленную под бальный зал. Фокусник не обманул, голубь действительно сидел возле здания столовой на красно-белом зонтике над лотком с кукурузой и сладкой ватой.
Внутри помещение украсили воздушными шарами, бумажными цветами и гирляндами. По всей длине зала расставили столы для команд, накрытые нарядными красными скатертями, в передней части организовали стол для жюри.
Оскар выбрал центральный столик для своей команды. И когда Кларисса подходила к нему, незаметно подставил ей подножку. Из-за длинного подола платья его подлянки никто не заметил. Девушка нелепо взмахнула руками и на глазах у всех упала вперёд. Марсель немедленно оказался рядом и помог подняться. Кларисса встала и гневно впилась взглядом в Оскара.
– Ты… – выдохнула она. Оскар даже не успел изобразить удивление, как она шагнула к нему и ударила по щеке.
Оскар рефлекторно выкинул вперёд руки и толкнул девушку. Кларисса отлетела на Марселя и не упала снова только благодаря тому, что француз её подхватил.
Председатель жюри, бочковидная, на тонких ножках директриса соседней школы подошла и строго спросила:
– В чём тут дело? Хотите праздник испортить? Я сейчас дисквалифицирую вашу команду, и всё!
Вмешался Толя.
– Простите, произошло недоразумение, мы уже идём на своё место и больше не доставим неудобств.
– Хорошо, – прошипела директриса.
Не успела она отойти, Марсель воскликнул:
– Касперских, что ты сделал?
Оскар прошёл мимо него к столу, обронив:
– Понятия не имею, о чём ты!
Но Кларисса внезапно схватила его за рукав и тихо сказала:
– Знаешь, что я сделаю, когда мы вернёмся в школу?
– И что же?
– Подойду к твоему классному руководителю и скажу, что ты безнадёжен. И пусть тебя вышвырнут из школы! – И с холодной улыбкой она села на стул.
