Иэн сидел за своим письменным столом и не сразу повернул ко мне свои огромные щеки, когда я вошел. Наверное, это было не лучшее время к нему подходить, поскольку я знал, что он устал. Вчера он на кого-то кричал, а это всегда означало, что на самом деле он злился на себя, как правило, из-за того, что не сделал что-то важное. Хотя, конечно, винил он во всем Лоррэн: она не напомнила ему вовремя подготовить тот отчет. Отчет этот практически наверняка засосал водоворот всех остальных бумаг на полу в его кабинете, однако суд не стал относиться к нему с пониманием и потребовал предоставить отчет не позднее сегодняшнего утра. Так что они с Лоррэн вчера допоздна проторчали в его кабинете: он диктовал, а она, отказавшись от блокнота, печатала прямо на компьютере.
НЕКОТОРЫЕ ВЫПИВАЮЩИЕ ИЛИ ПРИНИМАЮЩИЕ НАРКОТИКИ РОДИТЕЛИ ДАЮТ ДЕТЯМ ТО, ЧТО ПРИНИМАЮТ САМИ, ЧТОБЫ ТЕ НЕ МЕШАЛИ ИМ И ВЕЛИ СЕБЯ ТИХО.
Теперь он сидел, зажав между пальцев ментоловую сигарету. Другая, забытая, тлела в пепельнице рядом с его микроскопом. Третья сигарета лежала, испуская спиральные вихри дыма, обращенная вглубь комнаты напротив мерцающего экрана его огромного настольного компьютера.
Я сказал:
– Иэн, вы, наверное, слышали, что Руфус Кромптон уходит на пенсию…
Он приподнял брови. Руфус, я и Иэн уже давно понимали, что однажды я могу захотеть вернуться в Сент-Джордж.
– Я претендую на открывшуюся вакансию, – сказал я.
Он подкурил новую сигарету от кончика той, что докуривал, оглянулся в поисках пустой пепельницы, не смог такую найти и засунул окурок себе в карман.
– Полагаю, вам понадобятся рекомендации, – сказал он.
Он курил больше, чем обычно, однако ничем другим не выдавал своих эмоций. Он сердечно пожелал мне удачи, и мы сошлись на том, что, если мы оба будем заведовать отделениями, то не будем соперничать, а станем всячески сотрудничать друг с другом. Не уверен, впрочем, в искренности ни одного из нас. Мы уже были соперниками, и теперь нам предстояло стать равными в разных больницах, что вряд ли ослабило бы это соперничество.
Уйти из больницы Гая со знаменитым руководителем отделения и изобилием увлекательных дел, чтобы прыгнуть в неизвестность, было пугающе. В то лето я устроил перерыв в проведении вскрытий, перебрался в Сент-Джордж и принялся обустраивать новое отделение. Было важно, чтобы о нас узнала полиция и стала к нам обращаться, так что, как бы это ни было нудно, я был вынужден создать надежную финансовую структуру и систему управления.
ВСЕ ЭТИ ГОДЫ Я ОГРАЖДАЛ СВОИХ ДЕТЕЙ ОТ РЕАЛИЙ СВОЕЙ РАБОТЫ, ПРИ ЭТОМ НЕ ОБМАНЫВАЯ ИХ И НЕ ВВОДЯ В ЗАБЛУЖДЕНИЕ.
После нескольких месяцев этой работы я с удивлением обнаружил, что мне не хватает морга, в котором я бы мог использовать оттачиваемые мной на протяжении стольких лет навыки. Когда мой друг, судмедэксперт с южного побережья отправился в отпуск, я согласился подменить его для проведения рядовых коронерских вскрытий. Это был период летних каникул в школе. Анна и Крис были уже подростками. Анна все еще ходила в школу, однако Крис сдал свои экзамены и ошивался дома, так что я предложил ему поехать со мной, чтобы после недолгой работы прогуляться по холмам. Крис был легким на подъем парнем, так что он с радостью остался почитать в машине, пока я отправился в морг делать свою работу.
Я надел спецодежду. Работники морга выложили тела на столах в ряд и подготовили их для меня: в те дни это означало, что трупы были уже вскрыты, грудная клетка удалена, черепная коробка тоже вскрыта.
Мы, как водится, поболтали с помощником коронера, и я ненароком упомянул, что мой сын читает в машине, ожидая, пока я закончу. Помощник коронера явно увидел в этом пренебрежение к сыну с моей стороны.
– Я приведу его к нам в офис, там ему будет удобней, – предложил он. – Чаю попьет.
Я возился над трупом с ножом PM40 в руке, как вдруг уголком глаза увидел Криса. Он расхаживал по секционной в сопровождении помощника коронера. Вид у него был невозмутимый. Я же, однако, был крайне возмущен. Мне хотелось закричать: «Уведите его отсюда!»
Но я понимал, что от этого посещение морга еще больше шокирует неподготовленного подростка, так что, собрав волю в кулак, я подмигнул ему через надетую маску и беспечно помахал ему своим PM40. По правде говоря, я почувствовал себя так, словно с меня сорвали маску. Все эти годы я ограждал своих детей от реалий своей работы, при этом не обманывая их и не вводя в заблуждение, и вот теперь Крис внезапно оказался ее свидетелем.
Прогуливаясь по холмам, мы в свойственной для разговоров между отцами и сыновьями манере обменялись парой слов о случившемся.
– Эм… Тебя не смутило то, что ты увидел в морге?
– Нисколько, – ответил он. – Но этот помощник коронера тот еще придурок.
