Спустившись в холл, со второго этажа, столкнулись с братом Левина. Когда меня сюда привезли, спала и не рассмотрела окружающую обстановку. Особняк своим богатством впечатлил до глубины души, хотя я видела много шикарных домов, но этот превзошел все представления о состоянии семьи Левиных. Хозяин очень постарался окружить себя не только уютом, но и показал, насколько он властен.
— Ты, что тут делаешь Муланка? Предупреждал тебя, что это просто секс не больше. Решила преследовать меня? — Возмущается парень, а взгляд не предвещает теплого приема.
— Волченок, оскал спрятал! Больно ты мне нужен, псина! Я хочу забыть, что знала тебя, противно думать, что ты трогал своими грязными лапами. — Шипит Мишель на него, одновременно пытаясь удержать меня под ручку.
— Ого, какие страсти? Ребят давайте вы, потом порадуете, друг друга бранью, а сейчас поехали домой. — Обнимаю подругу за плечи, подталкиваю к выходу.
— Вот и замечательно! Чтоб больше я тебя тут не видел! — Вслед летит рык хищника, а вот кому из нас двоих — срывают с губ ухмылку. Задача номер один — узнать Мишель, что привело к такому разделу территории.
Родной домик встретил уныло, понятно, скучал по хозяйке. Закат над городом играл красивым заревом, должно похолодать и к снегу гласит примета. Любуясь такой картиной у окна, мы с Мишей напились с горя кофе. Да, ее понять можно как некрасиво поступил Волков с ней, но не суди да не судим, будешь, ибо каким судом судите, таким будете судимы. Чужие отношения потемки, когда в своих толком разобраться не могу.
Мне стало гораздо лучше, и я уже могла передвигаться по дому самостоятельно. Подруга рассказала, что все почти перевезли, и завтра на работу в новый офис. Уехала она, вспомнив, что Левин поручил на подпись подготовить договор, а она когда узнала за меня, бросила все примчалась.
Укладываюсь спать, а на душе скребутся обиженные кошки — за целый день он не позвонил ни разу. Наверно развлекается со своей бабулей, и так погано стало, до скрежета зубов. Достаю из сумочки мобильный и понимаю, он выключен. Блин, забыла зарядить.
Только подключаю шнур, телефон подает признаки жизни, и на его старенькую душу обрушивается поток смс о непринятых входящих. Много не волнующих, а двадцать пять под именем — Нефтяник, и губы тянутся в улыбке непроизвольно. Когда негодник успел поменять в телефонной книге контакт не знаю, раньше на его имени значилось — Вожак.
Вздрагиваю от тихой усмешки со стороны входа. В дверном проеме стоит Мансур, облокотившись о косяк, и хмуро пожирает меня взглядом. Он невероятно красив в деловом черном костюме, который наверняка сшит на заказ, черная рубашка придает внешности загадку, а черный галстук так и хочется притянуть за него для поцелуев.
— И что все это значит? Почему опять сбежала? Сколько можно, Рябина? Мы уже не дети в прятки играть. Ты не веришь в мои серьезные намерения, так я докажу. — Подходит ко мне, опускается на колено, протягивает открытую ладонь, а на ней бархатная коробочка сердечком, и мое сердце делает переворот, резко перестает биться, а спустя секунды превращается в неистовую птицу, бьющуюся об ребра. Дышать не могу, счастье заблакировало горло, говорить не могу, язык онемел. Вы когда-нибудь ощущали себя на седьмом небе, вот так я чувствуюсь в этот момент.
— Мое сердце в твоих руках, я хочу того же. Прошу тебя будь моей! И в горе и в радости, желаю только тебя женой! — Любимые зеленые глаза мерцают тысячами звезд галактики, утопаю в бесконечности. Он вынимает платину кольца, с круглым желтым камнем, который сверкает бриллиантовой каратностью. Берет мою правую руку, и мы понимаем, оно не налезет из-за опухоли от укуса. Недолго думая надевает на левый безымянный палец, целует ладонь. Поднимает взгляд на мое лицо, а по щекам уже давно струятся слезы счастья. Обнимает щеки ладонями и большими пальцами стирает реки. Поцелуй получается таким сладким, что кажется, умру от любви.
— Знай, ты моя! Только я имею право снять его с тебя. Люби меня, моя Рябина, как я тебя!
Не знаю, который сейчас час, но совсем не хочется открывать глаза. Эта ночь прошла потрясающе, мы заснули под утро, до сих пор чувствую эйфорию во всем теле. Мансур был настолько нежным, настолько любящим, что воспоминания о его ласках возбудили опять. Никогда не могла себе представить, что так буду хотеть мужчину.
Сладко потягиваюсь, рука так уже не болит, вот оказывается как это — сила любви, залечивающая раны.
Приоткрыв глаза, любуюсь своей спальней, которая заиграла совсем другими красками. Ощущаю на себе пристальный взгляд, обжигающий голое тело. Боже, какой стыд никогда не спала обнаженной.
В дверном проеме стоит мой любимый мужчина, и нежно, чуть улыбаясь, смотрит на меня. Его черная рубашка расстёгнута позволяя любоваться, идеальным торсом, брюки на бедрах не скрывают дорожку волос, эротично сбегающую вниз ширинки, что хочется рукой последовать за ней, наслаждаясь мужским затуманенным взглядом от моих ласк.
Его выглядывающая из-под края пояса тату заставляет захлебнуться слюной от желания поцеловать серьезную морду льва.
