Такого промаха ему скорее всего не простят, думал совершено бездумно грызущий в этот момент ноготь своего большого пальца, запершийся в кабинете защиты Бартемиус Крауч. Хорошо хоть остановился вовремя, и ни на чем сомнительном в итоге не настаивал. Не то и попасться бы было совершенно несложно. Но кто же мог знать. Олливандеры значит, интересно, весьма интересно.
Но вот вновь потянулись однообразные учебные будни. Помирились подравшиеся на почве мнимой несправедливости гриффиндорцы и хаффлпаффцы. И уже после первой совместной для них трудами Олина отработки, вновь были если не лучшими друзьями, то приятелями так уж точно. А уж когда дата первого испытания выяснилась.
И вот где-то между всем этим, а также наделавшем шуму из-за поведения одной не в меру настырной дамы, взвешиванием палочек и озаботилась тем, чтобы проверить главу международного отдела, глава отдела правопорядка. Письмо мастера Олливандера ей очень не понравилось, да и метка кем-то на чемпионате зажжённая, беспорядки опять же. По очень неприятному стечению обстоятельств, никого из устроивших их так в итоге и не поймали. И вот теперь ещё и это письмо.
На то, чтобы всё подготовить, ушло чуть более полутора недель. И вот, недовольный тем, что его отвлекают от дел, Бартемиус Крауч старательно улыбается и делает вид, что безмернейше рад. И если бы не знала где именно искать и на что именно обращать внимание, то ничего бы и не заметила. Вот только Мадам Боунс именно что искала. И, разумеется, нашла. Всего в одной малости, и тем не менее мужчина таки прокололся. А именно на фамилии своего секретаря. Известный как обладатель эйдетической памяти и знатнейший из всех министерских поборников всех мыслимых и не очень правил, он неожиданно назвал юношу Уизерби, а обратившись к тому повторно минут через десять, именовал уже Уиберзби. И этим привлёк внимание и без того наблюдающей за его поведением коллеги.
Уже после вызвала юношу к себе, и прямо в лоб поинтересовалась, с какого именно момента начальник его фамилию коверкать на все лады начал. Как только финал чемпионата мïра по квиддичу завершился, мадам. Ответствовал, всего несколько месяцев как принятый на службу в министерство, Персива́ль. Благодарю, произнесла в ответ глава ДМП и едва за так и непонявшим ничего парнем закрылась дверь, подняла весь свой отдел по тревоге. Спустя сутки Бартемиус Крауч старший был уже в изолированной палате в святом Мунго. А спустя ещё двое суток ориентировки на розыск оказавшегося живым и вполне себе здоровым Крауча младшего занимали первые полосы Пророка. Тогда как сама мадам Боунс лично наведавшись к мастеру поблагодарила его. Ведь если бы не он и, что самое главное, Крауч ведь пытался, и в разговоре со следователем не раз и не два подчёркивал, что именно что намеренно коверкал, надеялся, верил, и потому из раза в раз называл несчастного как угодно, но только не так как положено.
А первое испытание тем временем становилось всё ближе и ближе, всего за какие-то два с половиной дня недалеко от Запретного леса были возведены, в чём-то похожие на те, что были на чемпионате мира по квиддичу, трибуны. И вот в назначенный день все у кого были на это деньги потянулись в их сторону. Да-да, именно так, ведь за входные билеты, как оказалось, необходимо было платить. Это тебе не местный хогвартский квиддич, тут всё по-взрослому. Но Гарри было и в самом деле интересно, а потому он и присоединившийся к нему дядя Дэрек сидели практически на самом верху. И вот до зрителей наконец-таки дошло. А затем в загон к своему дракону вышел вытянувший первый номер Виктор Крам.
— А что это он с драконом такое сделал? — спросил, наблюдающий за тем, как мечется по загону разъярённая действиями чемпиона Дурмстранга рептилия у сидящего рядом с ним дяди, Гарри.
— Ослепил. — лаконично ответил тот.
— А что так можно разве?
— А почему нет? Формула заклинания коньюктивитус в Хогвартсе не преподаётся, так как считается относящимся к боевой магии. Но как видишь, в Дурмстранге, да и в Шармбатоне его вполне себе по школьной программе дают.
— О… — выдохнул в ответ на столь развёрнутое пояснение не отрывающийся от происходящего на арене Гарри.
— Когда я учился, пособие, его содержащее, в секции по продвинутой магии было. Не знаю чего тут продвинутого, но если азы боевой магии из общего доступа убраны, то напиши мне, я тебе эту книгу почтой пришлю.
— А она не запрещённая?
— Нет, просто Дамблдору везде и всюду, как впрочем и министерству, тёмная магия мерещится. Вот она прямо здесь, и как, тёмная она?
— Ну судя по дракону, неприятная.
— Ну а ты попробуй к примеру жалящее не на руку скажем, а на что пупка пониже направить. Не хуже пресловутого первого непростительного проберёт.
— А я видел как оно действует, нам профессор Грюм показал… — замолкнув на полуслове, затих увидевший как на него посмотрел дядя Дэрек Гарри.
— Больной ублюдок этот Грюм, не слушай его.
— Но как же тогда…
— Исключительно в рамках курса, а будет ещё что — то — сразу мне сообщи.