Она была очень примитивной, но тому, кто в неё угодил бы, не поздоровилось. Слышали, как в древности люди охотились на мамонтов, вырывая огромную яму, на дне которой устанавливали остро отточенные колья и маскировали её? Так вот, данная ловушка была построена по такому же принципу, только была поскромнее в размерах, а вместо кольев на дне ямы была вбита ржавая арматура. Сама яма была аккуратно накрыта тонкими ветками и листьями, поверх которых тонким слоем был насыпан песок. Я бы точно не заподозрил бы ничего неладного и провалился бы в ловушку.
От этих мыслей меня передернуло, я четко представил себе, как арматура с треском разрывает мою плоть. Дикий заметил, как меня тряхнуло, и с недоброй усмешкой спросил:
– Что, представил себя нанизанным на ржавой арматуре?
– Да. – честно признался я, разглядывая утыканное железными прутками дно ямы.
Дикий понимающе хмыкнул и сказал:
– Видишь, кончики арматуры немного отличаются по цвету? Это одичалые обмазали их своим говном, чтобы, даже если жертва получит небольшую и не смертельную травму, у неё началось заражение крови.
Я внимательнее присмотрелся к железным пруткам и брезгливо сплюнул на землю.
– Больные ублюдки! – злобно воскликнул я, на что Дикий согласно кивнул и ответил:
– На всю голову больные, поэтому стреляй по ним не думая, живым к ним в лапы лучше не попадать!
– А зачем они тут сделали ловушку? – задал я вопрос, который меня мучил.
На него мне ответила Мурка:
– Советую теперь быть на чеку, снять оружие с предохранителя и глядеть в оба. Ловушка здесь явно не одна, а это говорит только об одном: где-то рядом обустроили себе жилища одичалые.
– Я могу угадать с одного раза, где! – весело заявил Кряк, поклацав по клавишам ноутбука и открыв на нем карту.
Немного поигравшись с масштабом изображения, он развернул его так, чтобы мы видели монитор, и сказал:
– Вот впереди руины небольшого городка, его накрыли обычными ракетами, без ядерной начинки, поэтому для одичалых это – идеальное место, чтобы раздобыть всякие вещи и еду, не опасаясь, что их души сожрут демоны.
Внимательно изучив карту, Мурка скомандовала:
– Всем держать оружие наготове, внимательно смотрите под ноги и по сторонам, одичалые вполне успешно компенсируют свою мало вооружённость нормальным оружием всякими примитивными ловушками!
Скорость передвижения отряда сильно уменьшилась. Партизаны внимательно осматривали окрестности, стараясь обнаружить врага и хорошо замаскированные им ловушки. Если врагов пока что обнаружить не удавалось, то ловушки стали попадаться всё чаще. Это были ямы с кольями и натянутые в траве верёвки, наступив на которую можно было получить в грудь большим бревном, утыканным острыми шипами, и прочие примитивные, но весьма опасные сюрпризы.
Обходя хитро замаскированные ловушки, мы приблизились к окраине города, точнее, руин, которые от него остались. Остановившись, партизаны внимательно осмотрели руины в бинокль. Не обнаружив ничего подозрительно, Мурка сообщила:
– Вроде всё чисто, идём дальше.
Отряд тронулся, но не успел пройти 50 метров, как внезапно был атакован выскочившими из-под земли грязными оборванцами в лохмотьях.
Давно не стриженые, неопрятные люди, в каких-то грязных лохмотьях, стали неожиданно выскакивать из-под земли, как черти из табакерки. Первый одичавший, внезапно выскочивший из-под земли, молча рубанул ржавой, плохо заточенной железкой по ноге дикому и издал громкой воинственный вопль, который тут же подхватили с десяток глоток, выскакивающих укрытый под землей одичалых.
Раненый партизан громко заорал матом, заглушая вопли одичавших и расстрелял в упор напавшего на него одичалого. Отойдя от растерянности, партизаны открыли огонь по оборванцам, которые были вооружены различным примитивным колюще-режуще- дробящим оружием.
– Отходим на асфальтовое покрытие!
Громко заорала мурка, стараясь перекричать звуки боя. Я аккуратно попятился назад, в сторону дороги, опустив ствол автомата вниз и водя им из стороны в сторону, ожидая, что в любой момент может выскочить очередной одичалый, из искусно замаскированного подземного схрона.
Я не ошибся, справа от меня песок резко вспучился и отбросив сбитый из досок щиток в сторону, из-под земли появилась грязная девушка, с острой, кривой железкой в руке. Всего лишь пару секунд не хватило ей, чтобы вспороть мне сухожилие на ноге. Я успел направить на неё ствол автомата и вдавить спусковой крючок, наблюдая как пули со стуком пронзают её грудь, выбивая кровавые фонтаны из спины врезаются в землю.
Как не странно, грязную оборванку мне было даже немного жалко, но своя задница ближе к телу, поэтому оторвав взгляд от осевшего в узкую яму тела одичавший, с губ которой стекал ручеек крови вперемешку со слюной, а глаза стали бездушно-неживыми, я попятился к асфальту, водя стволом автомата по сторонам.