А с улыбкою встретит воинственный бог.
Зов крови — смерти волчьим оскалом
Ты в лицо усмехнешься!
Зов крови, ты всегда знал,
Что не вернешься!
Зов крови! *
На последних словах друзья стукнулись наполненными брагой кружками и осушили их до дна.
— Ух, давно я так не гуляла! — скривившись от вкуса браги и ударив кружкой по столу, сказала Фиалка.
— И не говори! — подхватил ее слова Широн, сидевший рядом. — Век уже у меня такого не было!
— Это сколько же тебе сечей? — повернулась к нему девушка.
— Побольше, чем тебе, уж точно!
— Нет, а серьезно? — спросил озадаченный Никан. — Вы, проклятые, ведь долго живете. Сколько тебе?
— Не так уж и много, — скрестил болотник руки на груди. — Всего лишь сорок шесть.
Санас аж подавился мясом, которым закусывал алкоголь:
— Сорок шесть? Да ты мне в отцы годишься!
— Не надо мне тут! — помахал болотник пальцем в воздухе. — Я жизни толком не видел! Кроме болот уже и не помню ничего…
— Как я тебя понимаю! — обняла его девушка за плечи.
— Тоже по болотам всю жизнь шлялась? — удивился Широн.
— Ну, нет, — поморщилась Фиалка. — По лесам в основном. Но и болота бывали.
— Жизни не видел, говоришь? — хохотнул Никан. — Может, жрицу любви тебе нанять? Сразу весь вкус жизни ощутишь.
Фиа удивленно выпучила на него глаза:
— В священном городе есть прости… ик… прости Архон… Жрицы любви?
— Они везде есть, — ответил капитан. — Просто надо знать, где искать.
— Фиа, по-моему, тебе уже хватит, — сказал Санас, заметив, как девушка в очередной раз наполняет кружку брагой.
— Сама решу, не маленькая уже, — отмахнулась та. — Я запиваю растоптанные чувства.
— Вы, бабы, со своими чувствами вечно носитесь, как с хрустальной туфелькой, — процедил Никан, тоже наполняя свой «бокал».
— Ой, можно подумать вы всегда знаете, чего хотите! — огрызнулась девушка. — Санас вон никак не определится, что ему надо от своей рыжей!
— Какой еще рыжей? — почти в один голос удивились друзья.
— Фиа, не умеешь ты язык за зубами держать, — посмотрел парень на подругу.
Та лишь показала ему язык в ответ.
— Так что за девушка? — серьезно спросил Ник.
— Молебница одна, — сознался Санас. — В душу запала. Не знаю, что делать.
— Бери ее на руки и уноси в свою берлогу, — твердо сказал Широн. — Пока к другому не убежала.
— Легче сказать…
— Не могу ничего посоветовать на счет «что делать», Сан, — сказал капитан, сделав из кружки пару глотков. — Главное, чтоб взаимность была.
— Взаимности у них через край! — махнула рукой уже лежащая лбом на столе Фиалка.
— Ты-то чего взъелась? — ехидно спросил Широн. — Завидуешь что ли?
Та резко поднялась со стола и повернулась к болотнику. Санасу показалось, что взгляд ее уже изрядно косит:
— А может и завидую! Я тоже хочу чистой и светлой любви!
— За чистой и светлой иди к жрецам любви, — усмехнулся Широн в ответ.
Девушка снова выпучила глаза и повернулась к пьющему в этот момент брагу Никану:
— А чего, жрецы тут тоже есть?
Тот поперхнулся, не отрываясь от кружки, капли полетели во все стороны, попадая на стол и лицо капитана. Санас с Широном громко захохотали, а Никан ответил, вытирая лицо рукой:
— А мне откуда знать, бестия ты эдакая?
— Да ладно! — не унималась разбушевавшаяся Фиалка. — Ты же великий капитан! Ты все знаешь!
— А правда, наверняка ведь есть такие? — спросил отсмеявшийся Широн.
— Есть наверно, — почесал колючую щетину капитан.
— И где его найти? — еле ворочая языком спросила девушка.
— Так, Фиа, никакой жрец тебе не нужен, — твердо сказал Санас. — Тебе нужно проспаться.
— Ой, отстань ты! — не унималась опьяневшая подруга. — Дай погулять в удовольствие!
— Я могу быть твоим жрецом, — подмигнул ей Широн.
— Ты слишком старый! — отмахнулась девушка.
— Чего? — возмутился болотник. — Да я моложе тебя выгляжу!
Девушка снова повернулась к болотнику:
— Ну, в принципе, да. Выглядишь хорошо, — кивнула она.
— Вот видишь! Я и с тобой хорошо справлюсь!
— Шир, попридержи-ка коней, — возмутился Санас.
— А ты к своей молебнице иди. Такую девушку, как Фиалка, упускаешь!
Санас приподнял бровь, смотря на болотника:
— Думай, что мелешь! А то я тебе мигом голову откушу!
— Только пьяной драки не хватает для полного банкета, — вставил Никан, который пил больше всех, но при этом оставался самым трезвым.
Парни замолчали и перевели взгляд на Фиалку, тихо посапывающую на столе.
— Слушай, Сан, я серьезно, — начал вдруг Широн. — Хорошая она, Фиалка. Я ее не обижу. Ты не против, если я приударю?
— Если разобьешь ей сердце, прикончу, — ответил Санас. — А если ты действительно серьезно, то валяй.
— Не уверен, что она это хорошо воспримет, — сказал Никан.
— Почему это? — спросил болотник.
— Да другого она любит, — уклончиво ответил капитан.
— Кого это? — удивился Санас.
— Ну, ты и тормоз, — вздохнул Ник.
— Быть не может, — тихо проговорил Сан, переведя взгляд на спящую девушку. — Но мне она просто друг. Сестра. Я не смогу себя пересилить.
— Это и не нужно, — пожал плечами Никан. — Просто не давай ей лишнего повода надеяться.
— И что же может быть поводом?
