— Да. И оставив дочку, я не ушла, как меня просила русалка. Я спряталась и несколько часов ждала, следя, чтобы с моей девочкой ничего не случилось. Из леса тогда вышла девушка с очень длинной черной косой, взяла мою дочь и ушла. Я не стала следить за ней, ведь если бы она увидела меня, неизвестно что сделала бы. Все-таки проклятая. Но я могу указать в каком направлении она ушла.
— Попробуйте объяснить так, — мотнул головой молебник. — Я не могу взять вас в поход. Это опасно.
— Ну-у-у, — протянула девушка. — В общем, к востоку от города есть небольшой пруд. Мы называем его молебный, потому что там стоит старая статуя Архона. За этой статуей лежит очень большой камень. Я оставляла Алису на нем. А сама пряталась под молодым сотинником на другой стороне пруда. Так вот, если смотреть от сотинника на статую, то она унесла дочку влево и вперед от статуи. У меня плохо со сторонами света, извините, не могу сориентироваться север то был или восток…
— Хорошо, — ответил Санас. — Спасибо. Мы постараемся найти вашу дочь.
— Я не видела ее с тех пор, — грустно сказала Мила. — Если бы я могла ее видеть хотя бы раз в стан, я была бы безмерно счастлива.
Девушка покинула таверну, а Санас вышел вслед за ней на улицу и прошел к воротам города, где его уже ждал отряд.
— Нам нужно идти на восток от Рубингарда, — сказал молебник Мезерсу. — Будем надеяться, что это не ловушка.
— Что мы ищем? — уточнил капитан.
— Пруд со старой статуей Архона.
Тот немного удивившись, громко объявил отряду:
— На востоке от города есть пруд со старой статуей Архона! Мы должны его найти! Вперед!
Выйдя из города, отряд направился на восток, через заснеженный лес. Уже начинало темнеть, но всем было плевать. Охотникам, желавшим показать себя, уже изрядно надоело сидеть в таверне в ожидании приказов. Путь занял совсем немного времени, а пруд не заставил себя долго искать. Заросший, илистый, он мирно спал среди старых высоких деревьев. Тонкая полупрозрачная корочка льда скрывала от взглядов застоявшуюся темную воду. Старая статуя Архона рядом, припорошенная снегом, стояла боком к пруду. Перед ней, видимо, когда-то находились лавки, но теперь остались только выглядывающие из снега каменные кубы. Прямо за статуей, как и говорила девушка, возвышался большой рукотворный камень. Скорее всего, раньше на него преподносили дары Светлому богу.
Ириса очень недобро покосилась на лед, а потом посмотрела на Санаса. Но того, видимо, совсем не волновала возможность появления криницы. Он внимательно обвел взглядом пруд. Молодой раскидистый сотинник невозможно было не узнать, даже под покрывалом снега. Он мысленно представил картину, открывающуюся оттуда — что видела Мила, когда уносили ее дочь?
— Ну? — спросил Бауэр. — И что дальше?
— Отсюда нам нужно на юго-восток, — объявил молебник. — Ищем место, в котором можно было бы выжить. Дом, пещера, подземелье — что угодно. Там должно быть достаточно места для тридцати детей.
— Ну и задачки ты задаешь, — посетовал Алан.
— У нас еще целая ночь впереди, Мезерс, — ответил Санас и двинулся вперед.
— У меня ощущение, что этот молебник выносливее многих из нас, — приподнял бровь охотник со шрамом. — Мы столько по снегу прошли, а ему хоть бы хны.
— Может, его ведет вера в свое дело? — ответила Ириса и пошла следом за Санасом.
Отряд отправился за ними, рассредоточившись так, чтобы захватить как можно большую территорию на поиски. Но куда они не смотрели, везде простирался белый лес, сереющий в сумерках ночи. На чистом небе показался полукруглый осколок луны, снег на деревьях замерцал. Отряд обошел сначала еще один небольшой пруд, потом пригорок с человеческий рост. Лес становился более овражистым. Ириса оступилась и упала на колено, Санас подошел к ней:
— Ты как? Нога в порядке?
— Вроде бы. Чем дальше мы идем, тем труднее передвигаться.
— Мы так можем ничего и не найти, — капитан тоже остановился рядом с парочкой. — Встать можешь? — он подал охотнице руку, та, воспользовавшись помощью, поднялась, аккуратно пробуя опереться на поврежденную ногу. Ириса отряхнулась и вместе с капитаном отправилась дальше.
А Санас перевел взгляд назад, на проделанный отрядом путь. Он давно заметил, что им не встретилось ни одно животное. Молебник поднял взгляд на заснеженные кроны деревьев. Ночь уже вступила в свои права. Темнота окутала все вокруг, и лишь снег отражал свет луны, не давая лесу полностью окунуться во мрак. Стояла абсолютная тишина, даже легкий ветер не тревожил природу. Только хруст снега под ногами отряда разрушал ночную идиллию. Одна из веток сбоку от Санаса шелохнулась, с нее посыпался снег. Молебник присмотрелся и заметил белку, перескакивающую с ветки на ветку. Он бы не обратил на неё особого внимания, но белка обернулась и посмотрела на парня. Ее светящиеся серебряные глаза несколько мгновений пристально всматривались в парня, а затем она кинулась прочь.
— Стой! — крикнул парень, весь отряд обернулся на него. — Мезерс, за белкой!
— Чего? — удивленно переспросил капитан.
— Делай, что говорю!
