Когда он вновь вступил на лед, Демин пошел в атаку, используя любую возможность, чтобы добраться до него. Даже я, человек, который слабо разбирается в хоккее, понимаю, что его поведение выходит за рамки правил, установленных игрой.
– Все это плохо закончится, – нагнетая обстановку, произносит Ксюша. Пару минут назад она предусмотрительно схватила меня за руку, когда заметила мои дрожащие пальцы.
– Его надо выводить с поля, – соглашается Макс, не отрывая взгляда ото льда. Эти комментарии служат бензином для моего волнения. Я и без них прекрасно вижу, что Миша в поисках мести перестал отдавать отчет своим действиям.
Каждый раз, когда Демин приближается к тому самому противнику, рядом оказывается один из членов команды «
Услышав гудок, оповещающий о конце второго периода, я громко выдыхаю в надежде, что Мише хватит времени, чтобы прийти в себя. Однако быстро меняю свое мнение: не уходя со льда, Демин отбрасывает клюшку и шлем в сторону и подъезжает к команде противников. Одним точным движением под шумный возглас толпы он выдергивает виновника столкновения обратно на лед.
За все время общения с Мишей мне удалось увидеть несколько граней его характера, но впервые я смотрю на ярость. Нахмуренные брови, губы сжаты в тонкую линию, глаза светятся, словно два черных оникса.
Я совру, если скажу, что этот облик не пугает до чертиков.
– Да держите вы его! – вскрикивает Макс, подскакивая, но его голос теряется в какофонии звуков. Единственное, что я успеваю увидеть, перед тем как толпа хоккеистов закрывает мне обзор, – это кулак Демина, летящий прямо в лицо соперника.
Не знаю, сколько еще ударов он успевает нанести, но парни из его команды буквально под руки утаскивают сопротивляющегося капитана с поля. Медики быстро обступают пострадавшего, но, к счастью, он отмахивается от помощи и самостоятельно покидает поле.
– Повезет, если Демина не отстранят от следующей игры, – говорит Ксюша, когда фанаты наконец-то затихают.
– Было бы лучше, если бы он ударил его во время матча. Затевать драку во время перерыва – грубое нарушение, – добавляет Макс свою ложку дегтя.
– А вы можете просто заткнуться? – не выдерживаю я, обрывая друзей. Мне и без их нагнетания тошно.
– Лер, ты в порядке? – спрашивает Света, единственная, кто тоже молча наблюдала за происходящим.
– Нет, – признаюсь искренне. Понятия не имею, что делать в такой ситуации, и должна ли я как-то помочь Мише.
– Слушай, тут в здании небольшой торговый центр. Там обязательно найдется кафе. Пойдем посидим где-нибудь, пока все не разрешится, – Света мягко предлагает покинуть матч.
Неуверенно киваю вместо ответа. Даже если Миша избежит удаления, в чем я очень сомневаюсь, мне вряд ли высидеть двадцать минут до конца матча. Страшно подумать, каково сейчас Кате, которая переживает за Рому. Может быть, у этих двоих и не все гладко, но ужас в ее глазах говорит сам за себя.
До сегодняшнего дня травмы, полученные во время игры, проходили мимо меня. То есть о их наличии я, конечно, знала, но чтобы наблюдать воочию? Такого не было. Эти парни рискуют своим здоровьем каждый раз, когда выходят на лед. И нет никаких гарантий, что все закончится хорошо.
Спустя десять минут, мы со Светой находим небольшое кафе и заказываем по бокалу вина. Подруга взяла на себя выбор напитков, посчитав кофеин слишком слабым лекарством для моих растревоженных нервов. Ксюша с Максом остались на трибунах до окончания матча. За что я очень им благодарна. Как бы эти люди ни были мне близки, но только Света умеет держать под контролем свои эмоции. Мне для переживаний хватает собственных волнений.
– Ну как ты? Получше? – спрашивает подруга, опускаясь на диванчик рядом со мной.
– Наверное, – неоднозначно пожимаю плечами.
Казалось бы, ну чего я нюни развела? Демин жив, здоров. Это не ему сломали руку или же съездили по морде. Однако меня заботит еще и его моральное состояние, которое, безусловно, пошатнулось после произошедшего. Как в итоге на нем скажутся последствия сегодняшней драки? Для Миши хоккей больше, чем работа, в которую он вкладывает все силы и время. Это его жизнь.
Что будет с человеком, если у него отобрать смысл вставать по утрам? Особенно когда на кону такие важные игры. Он капитан команды и любые действия, сделанные им, повлияют на них тоже. Огромный груз ответственности, свалившийся на плечи.
– Я уверена, что все разрешится. Тебе не о чем беспокоиться, – говорит Света, ласково поглаживая меня по спине.
– А если его отстранят от игры? – Я знаю, насколько серьезно он относится к хоккею.
– Слушай, меня не назовешь экспертом, однако Демин, скорей всего, знал, чем рискует. Тебе нужно немного успокоиться и дождаться, когда вы сможете поговорить. Какой смысл накручивать себя попусту?
– Я даже не знаю, что потрясло меня больше. Увидеть, каким опасным может быть хоккей, или неизбежные последствия для карьеры Миши. – Я опускаю голову и прячу лицо в ладонях.
