– Переживать за близких нам людей вполне нормально. Ты знала, что Людмила Максимовна наотрез отказывается смотреть игры Олега? Он обижается, но ему пока сложно понять, как глубоки ее переживания. Особенно после смерти мужа.
Только узкий круг людей, приближенных к семье Фокиных, помнит, каким ударом для них стала потеря отца. Макс с тех пор намного реже смеется и все чаще проводит время в родительском доме. Олег же полностью сконцентрировался на карьере, чтобы обеспечить семью финансовой независимостью.
Они оба негласно поделили свои обязанности.
– Поэтому Макс так рьяно болеет за брата? Пытается возместить недостаток внимания? – Все эти фанатские атрибуты, которыми обкладывается он, теперь не кажутся излишними.
– Вроде того. Пару раз мы пытались поговорить с Людмилой Максимовной, но она очень упертая. Хотя у нее точно имеется расписание игр своего сына. И она всегда звонит Максиму спустя час, спрашивает, как там ее младшенький. Олег не в курсе этих разговоров.
– Может быть, стоит рассказать ему? – предлагаю я. Уверена, он оценит, что маме не все равно.
– Максим не хочет в это влезать. Это тайна, которую он хранит для Людмилы Максимовны.
– И ты с этим согласна?
– Скорее нет, чем да. Однако моего мнения на этот счет никто не спрашивает. Все, что я могу сделать, это дать Олегу свою безусловную поддержку. Хотя Ксюша точно справляется с этой задачей, – хмыкает Света, пытаясь разрядить обстановку. Ей тоже нравятся отношения, которые развиваются у нашей подруги с Олегом.
– Даже не знаю, кто из них больший ребенок. Они так часто ругаются, что мне сложно отследить, насколько все хорошо или плохо, – с улыбкой я мотаю головой, вспоминая шумные разговоры Смирновой накануне. Она не стала вводить меня в курс дела, просто распалялась, насколько Олег незрелый. Надо было предложить ей взглянуть в зеркало, она нашла бы там его точную копию.
– Милые бранятся, только тешатся. Я вообще считаю, что их скандалы – это своеобразная прелюдия. Чем громче ссора, тем ярче оргазмы, – шутит Света.
– Надеюсь, ты говоришь подобное не из собственного опыта, – недовольно скривившись, я делаю глоток кислого вина. Все что угодно, лишь бы скрыть негодование. Обсуждать личную жизнь своих друзей – это сверх моего понимания.
– Ты видела Максима? У него что ни день, то новый повод для скандала. Мне же надо извлекать из его характера выгоду, – заговорщицки подмигивает.
К моему удовольствию наш разговор прерывается мелодией моего телефона. Под недоуменный взгляд Светы, которая прочла имя абонента, я отвечаю на звонок.
– Привет, – стараюсь говорить бодро и скрыть свое волнение.
– Ты уехала? Тебя не было на трибунах, – спрашивает настороженно.
– Я думала, тебя удалят до конца матча.
– Если быть точным, то на три матча. И да, еще дали двадцать минут удаления, которые я отсидел в будке штрафников.
– Боже, Миша, мне так жаль!
– Ерунда. Ничего такого, с чем я не справился бы. Лучше скажи, где мне искать тебя. Ты в такси? – Демин с легкостью отмахивается от ситуации, как от назойливой мухи.
– Нет, мы со Светой в кафе на территории торгового центра.
– Сможешь выйти на парковку? Куча репортов набежала, не хочу столкнуться с кем-либо из них в ближайшее время.
– Да, конечно, буду через пять минут. – Я молниеносно подскакиваю с дивана, удерживая пошатнувшийся бокал с вином.
– Слушай, а в том кафе, случайно, не продаются эклеры? – Неожиданный вопрос Миши сбивает с толку.
– Какие эклеры?
– Шоколадные. Если найдешь, то возьми мне парочку.
– У тебя же диета, – недоуменно говорю.
– Да пошла она к черту, – со смешком добавляет, после чего отключает вызов.
Если сладкое поможет ему справиться со стрессом, то я готова купить даже шоколадный торт.
Чтобы осуществить желаемое, мне потребовалось больше десяти минут и немного фантазии. Света лишь посмеялась над моим рвением, когда я пыталась отыскать кондитерскую в рекордно короткие сроки. Вооружившись огромным тортом, который нашла в супермаркете, я сажусь на пассажирское сиденье машины Демина.
– Подожди, – говорю, пока достаю из пакета все необходимое для моего плана. Со стороны можно подумать, что я сошла с ума, но, когда идея пришла мне в голову, она не казалась такой абсурдной.
Поставив три свечки, которые прихватила в магазине, я подожгла их под недоуменный взгляд Миши.
– Хочу напомнить, что мой день рождения не сегодня, – хмыкает Демин, кивая на сюрприз.
– Мы отмечаем твой незапланированный отпуск. Задувай. – Я протягиваю ему торт, стараясь не засмеяться, видя замешательство на его лице.
– А желание мне положено? – спрашивает он, вскидывая бровь.
– Конечно, в этом же вся задумка.
– Ла-а-адно, – протягивает Миша, после чего закрывает глаза и, загадав желание, задувает свечки. – Готово.
– Надеюсь, ты загадал победить в чемпионате, – хмыкаю я и даю ему пластиковую ложку, которую захватила в кафе.
– Разве смысл желания не в том, чтобы оставить его тайной? – с улыбкой спрашивает и отламывает кусок торта.
– Тогда давай договоримся, что, когда оно сбудется, ты мне обязательно расскажешь.
– Не боишься, что придется долго ждать?
– Два месяца не такой уж большой срок.
