Рядом каркнула, вспархивая в воздух, ворона. Я поднял взгляд. Даже мартышки на баньянах, казалось, насторожились. Я чувствовал вкус пыли на языке. Охотник неожиданно остановился и сделал знак рукой. В подлеске что-то мелькнуло и тут же пропало, но мгновение спустя возникло вновь.
– Теперь он наш, – выдохнул принц.
Вот только это был не «он». Тигр стоял футах в сорока от нас, но за ним еще двое – маленькие золотисто-черные детеныши.
– Мать, – прошептал я.
– Точно. – Принц потянулся за винтовкой.
Тигрица, должно быть, почуяла опасность. Она легко могла убежать, но встала как вкопанная, оскалив зубы, закрывая собой детенышей.
Пунит вскинул винтовку, прицелился, а потом мир замер, как часто бывает в самый последний миг перед убийством. Даже мартышки это почувствовали. И принялись верещать со своих насестов на деревьях. Я взглянул на них, и тут мое внимание зацепило кое-что еще.
Блеск металла в ветвях.
Три года в окопах на фронте, может, и не многому меня научили, но уж точно научили распознавать снайпера в засаде. Я крикнул Пуниту, чтоб пригнулся, одновременно прыгая вперед и прижимая его к хауда.
Я услышал выстрел, а потом как будто эхо его. Деревянный паланкин надо мной брызнул дождем щепок.
– Лежать! – рявкнул я, хватая свою винтовку. Грохнул второй выстрел, и пуля отрикошетила от края хауда.
Я поднял винтовку. И почти мгновенно засек нападавшего. На таком расстоянии я смог различить только, что этот человек был из местных и закутан в серо-коричневую накидку. Потом раздался еще один выстрел, не со стороны нападавшего, а слева. Стрелял Несокрушим. Его слон поравнялся с нами, и сержант тоже заметил снайпера. Первый же его выстрел пришелся так близко к противнику, что тот запаниковал. Настал мой черед. Я прицелился и выстрелил. Не так метко, как Несокрушим, но этого и не требовалось – я должен был вывести снайпера из равновесия. Остальное сделает сержант.
Он методично продолжил стрелять, и наконец пуля достигла цели. Снайпер выронил ружье и рухнул с дерева. Несокрушим прицелился в то место, где должен был приземлиться стрелок, но в высокой траве и сгущающихся сумерках его трудно было разглядеть.
Принц распластался по хауда. Склонившись, я похлопал его по плечу:
– Опасность миновала, Ваше Высочество.
Я помог ему подняться. Вдруг со спины второго слона закричал полковник Арора.
– Он бежит туда! – полковник показывал на шевелящуюся внизу траву. – Вы военный человек, капитан. Вы знаете, что делать!
Он приказал погонщику сворачивать влево, и слон ринулся прямо сквозь подлесок.
– Ваше Величество, – решительно скомандовал я, – пожалуйста, прикажите погонщику преследовать беглеца.
Принц что-то коротко сказал, погонщик закричал
– Куда делся Арора? – недоумевал принц. – Почему он бросил нас?
– Тактика, Ваше Высочество, – объяснил я. – Это как на тигриной охоте. Мы – барабанщики, загонщики. Наша задача вывести добычу на полковника и сержанта Банерджи. А они сделают остальное.
Темнело, но продвижение беглеца пока было видно. Я попросил Пунита, чтобы он велел погонщику притормозить: не стоит гнать противника вперед, пока Арора и Несокрушим не вышли на позицию. Требовался тонкий расчет – как только стемнеет, злодей сразу получит преимущество.
А потом прозвучал выстрел.
– Быстрее! – заорал я, указывая в направлении звука. Второй слон остановился у реки. Арора стоял на земле, а Несокрушим сидел в хауда, держа на мушке распростертое в траве тело.
– Он в порядке? – крикнул я полковнику.
– Он жив.
– Вы его подстрелили?
– Нет, – ответил Арора, демонстрируя приклад своей винтовки, – просто стукнул по голове.
Он опустился на колено и перевернул лежащего. Человек был без сознания. Голые руки и лицо блестели от пота, на виске расплывался багровый синяк – там, где он встретился с прикладом винтовки Ароры. Пепел, которым был нанесен рисунок на его лбу, размазался, но изначальная форма угадывалась безошибочно – шричаранам. Знак последователей Вишну.
Погонщик опустил слона на колени, и я спрыгнул на землю.
– Вы его явно не просто стукнули, – заметил я. – Узнаете его?
– Не думаю. Но Самбалпур – маленькое государство. Если он местный, кто-нибудь его наверняка опознает. А если нет, придется узнать правду от него самого.
– Значит, – подвел итог принц Пунит, – нужно доставить его в Самбалпур.
– Вы не ранены, Ваше Высочество? – забеспокоился Арора.
– Я в полном порядке, – раздраженно бросил принц.
Связав и бесцеремонно взвалив террориста на спину слона, мы почти на ощупь побрели в темноте обратно. Огни лагеря замерцали впереди только через час. С момента нападения мы почти не разговаривали. Принц явно не стремился общаться, а я был только рад в тишине привести мысли в порядок.
Особенного смысла дальше расспрашивать Пунита я не видел. Задавать вопросы об убийстве брата сразу после того, как кто-то стрелял в него самого, это все же несколько бестактно. Но по мере приближения к лагерю принц постепенно разговорился.
– Благодарю вас за все, что вы сделали для меня, Уиндем. Я этого не забуду.
