В начале ноября в 13-ю гсд переправились столичные журналисты Д. Ф. Акульшин и В. Н. Куприн, которые остановились в землянке агитатора 42-го гсп Леонида Кореня. Как-то Корень зашел к себе и застал гостей листающими его дневниковые заметки. Боевой политрук хотел навешать столичным писакам по шее, но те не только успокоили его, но и уговорили публиковаться в центральной газете. Уже с 19 ноября в «Правде» публиковалась серия очерков Кореня «Сталинградские дни», последний из которых назывался «Дом Павлова». Серия быстро стала популярной, ее читал по радио Юрий Левитан. Пример обычного сержанта был действительно воодушевляющим для простых бойцов, и Якова Павлова узнала вся страна.
Что показательно – в первых рассказах о захвате дома № 61 по Пензенской улице ясно говорилось, что немцев там не было. Тем не менее все остальные составляющие будущей легенды уже были на месте, а этот момент впоследствии подправили.
В то время как работники ГлавПУРа трудились на идеологическом фронте, на позициях дивизии Родимцева события шли своим чередом. В конце октября – начале ноября обессиленные противники активных боевых действий в центре города практически не вели. Риск быть убитым в любой момент по-прежнему был велик – судя по свидетельству медиков 13-й гсд, в основном бойцы погибали от осколочных ранений. Операционная находилась в канализационной трубе в откосе крутого берега Волги, рядом в районе устья оврага Долгий располагался штаб дивизии. Тяжелораненых ночью переправляли на другой берег, где под руководством полковника И. И. Охлобыстина работал дивизионный медсанбат.
Наступил праздник 7 ноября. В этот день в 13-й гсд вручали гвардейские значки и награждали отличившихся бойцов, выступал дивизионный ансамбль, в блиндажах и подвалах опорных пунктов проводились собрания, на берегу для бойцов организовали бани и выдачу зимнего обмундирования. Несмотря на ежедневные артиллерийские и минометные обстрелы, на плацдарме продолжалась жизнь.
В то время как гвардейцы готовились к празднованию 7 ноября, на участке обороны 42-го гсп саперный взвод лейтенанта И. И. Чумакова работал не покладая рук. Из захваченной у немцев южной части фундамента «дома железнодорожников» на глубине пяти метров в сторону удерживаемого немцами северного крыла была прорыта минная галерея. Работа велась в полной темноте при недостатке воздуха; из-за отсутствия специальных инструментов саперы копали малыми пехотными лопатками. Затем в камеру в конце 42-метрового тоннеля было заложено три тонны тола.
10 ноября в два часа ночи раздался оглушительный взрыв – «дом железнодорожников» взлетел на воздух. Северное крыло оказалось наполовину сметено взрывной волной. Тяжелые куски фундамента и мерзлой земли в течение целой минуты падали на позиции противоборствующих сторон, а прямо посередине недостроенного здания зияла огромная воронка диаметром более 30 метров.
