Вот почему, продолжая идти в сторону Дарлингхёрста, Куколка чуть ли не из каждого укромного уголка пыталась дозвониться до Тарика; и голос проклятого автоответчика каждый раз лишь утверждал ее в мысли о том, что она просто обязана незамедлительно Тарика отыскать. И она, выбравшись из очередного укромного уголка, где валялись дохлые крысы, использованные шприцы и черные мусорные пакеты, из которых что-то текло, возобновляла движение по раскисшим на жаре асфальтовым тротуарам мимо тележек с мороженым, окруженных любителями холодного лакомства и наркоманами, втайне мечтающими о том, где бы раздобыть дозу, и в душу ее все чаще начинало закрадываться подозрение, что она в своих попытках дозвониться до Тарика и найти у него поддержку тешит себя теми же иллюзиями, что и эти наркоманы, пытающиеся утолить свой «голод» мороженым.
И все-таки Куколка продолжала ему названивать. Она шла добрых полчаса и уже почти добралась до дома, когда решила в последний разок ему позвонить и остановилась в тени в том самом переулке, где по-прежнему была припаркована синяя «Тойота», сверху донизу покрытая штрафными квитанциями, а теперь еще и с разбитыми стеклами.
Этот переулок всегда был на редкость грязным, а сейчас там еще и отвратительно воняло, словно где-то в темном углу разлагался труп животного. Куколка вытащила из сумочки телефон, все время обмахиваясь платком в бессмысленной попытке хоть немного разогнать жуткую вонь, и вдруг, уже держа в руках допотопную Nokia 3315, догадалась, почему Тарик не отвечает на ее звонки. Она же звонила ему с украденного телефона! Тарику этот номер неизвестен, вот он и не берет трубку. И Куколка, немного подумав, решила все же достать собственный телефон. Ну что ж, придется пойти на риск, раз только так ей, возможно, удастся установить связь с Тариком. Она включила телефон и, не обращая внимания на пропущенные звонки и сообщения, набрала номер. И, ожидая ответа, совсем рядом услышала странно знакомые звуки, звучавшие глухо и казавшиеся одновременно и далекими, и близкими. Прислушавшись, она поняла, что это такое. Это был ноктюрн фа минор Шопена.
Куколка огляделась. Вокруг были только обшарпанные стены, замусоренный тротуар и синяя машина-развалюха, и она решила, что это добрый знак, если, думая о Тарике, она слышит ноктюрн Шопена. Потом музыка смолкла, и в телефоне у Куколки раздался все тот же металлический голос автоответчика. Она тут же отключила телефон.
А после, движимая даже не внезапно пришедшей в голову мыслью, не какой-то конкретной идеей, а скорее не имеющей формы потребностью, неким неопределенным желанием, которое ей отчего-то необходимо было удовлетворить, она сделала несколько осторожных шагов в глубь переулка и в итоге оказалась в узкой вонючей щели между темной кирпичной стеной и синей «Тойотой».
Смахнув рукой струйку пота, стекавшую от виска по щеке, она прижалась к кирпичной стене и снова набрала номер Тарика, но подносить телефон к уху не стала и держала его где-то на уровне талии, сперва слушая гудки своего вызова, а затем, но теперь несколько ближе и громче, все тот же ноктюрн Шопена.
Куколка сделала еще несколько крошечных шажков вдоль стены по направлению к «Тойоте», и жуткая вонь усилилась, но музыка играть перестала, и вновь зазвучал голос автоответчика. Здесь дышать было совершенно нечем. В какой-то момент Куколке даже показалось, что ее сейчас вырвет, и, чтобы отвлечься, она сосредоточилась на том, чтобы в полумраке, царившем вокруг, определить, откуда исходит звук. Не сводя глаз с машины, она нажала на кнопку «отбой», отсчитала несколько секунд и нажала на кнопку «повтор вызова». В течение нескольких секунд не было слышно ни звука. Куколка почесала телефоном влажную щеку и заметила, что багажник «Тойоты» закрыт неплотно. И как раз в этот момент одновременно зазвучали и звонок вызова, и мелодия Шопена.
Куколка осторожно вытянула дрожащую руку и, перевернув телефон, его задней стороной приподняла крышку багажника. Оттуда вырвались туча жирных мясных мух и звуки ноктюрна Шопена, теперь звучавшие громко и ясно. Куколка сделала еще шаг, заглянула в багажник, и в нос ей ударила волна такой невыносимой вони, что она резко отскочила и согнулась, словно ее ударили в живот. Крышка багажника тут же упала, но потом снова приподнялась, и в эти секунды Куколка успела увидеть все, в том числе и торчавший из кармана брюк краешек той самой Nokia последней модели, которой Тарик так гордился.
Постояв немного и придя в себя, Куколка вновь сделала шаг в сторону автомобиля, приподняла крышку багажника и на этот раз целую минуту, наверное, смотрела внутрь. Там, свернувшись клубком, лежал мертвый Тарик, одетый точно так же, как и два дня назад, когда они познакомились.
