В 1525 г. стоимость годовой продукции рудников на подвластных Габсбургам территориях оценивалась в 2 млн. золотых гульденов. Это были суммы, используя которые Фуггеры могли осуществлять свои сделки и спекулировать, удовлетворять потребности двора, возводить Габсбургов на троны королей и императора, разжигать военные конфликты с соперничавшими государствами в борьбе за расширение границ власти Габсбургов.
Фуггеры давали, Габсбурги брали, и наоборот. Начались непрерывные сделки между торговым домом и феодальными властителями. Шел Фуггер навстречу последним, удовлетворяя их просьбы в деньгах, взамен он получал права на ведение прибыльных дел. Купец и корона взаимно поддерживали друг друга. Серебро и медь направлялись по пути, который ревностно оберегали Фуггеры — по тому роковому пути, который накрепко связал их с Габсбургами. Ясно одно: без горных богатств и без права южногерманской купеческой фирмы распоряжаться ими Фуггеры были бы не в состоянии добывать астрономические по тому времени суммы денег для нужд Габсбургов.
Поначалу это приносило Фуггерам выгоды; дальнейшее увеличение их богатств было обеспечено. Став обладателями горнорудной регалии, они выступали перед участниками горнорудных товариществ в новом качестве всемогущих скупщиков руды и забирали у них остававшуюся их собственную часть добытого серебра по предельно низким, ими же продиктованным ценам. Прибыли текли к Фуггерам и от продажи меди, серебра и золота Габсбургам и католической церкви, которым был нужен металл для чеканки звонкой монеты, изготовления оружия, церковной кровли, дорогой столовой посуды. И наконец, они получали прибыль, когда Габсбурги сталкивались с необходимостью военной защиты подвластных им земель, а следовательно, и горнорудных привилегий Фуггеров от угрозы как внутренних (рудокопы), так и внешних (турки) врагов. Для этого требовались кредиты, которые они должны были оплачивать Фуггерам высокими процентами или предоставлением новых привилегий в горнорудном промысле.
В декрете от 1525 г. об оптовой торговле добывавшейся на рудниках его империи рудой, содержащей золото, серебро, медь, олово, ртуть, свинец и железо, император Карл V подчеркивал, что «в немецких землях есть несколько сотен тысяч людей, старых и молодых, женщин, детей и иных немало, которые остались бы без пропитания своего скудного»[20], если бы эта торговля не находилась в руках немногих богатых купцов. Поэтому император без каких–либо оговорок разрешил Фуггерам и другим фирмам скупать руду и металлы у участников горнорудных товариществ и рудокопов и продавать их «по усмотрению своему» по самым высоким ценам.
Фуггеры полностью использовали привилегии, вырванные у императора. И чем больше укреплялось их положение как торговцев рудой, тем больше они взвинчивали цены. За один немецкий центнер[21] тирольской меди они требовали:
в 1527 г. — 5–б гульденов
в 1537 г. — 6–7 гульденов
в 1556 г. — 10–11 гульденов
в 1557 г. — 11 —12 гульденов.
В такой же мере росли цены и на венгерскую медь.
Союз оптового торговца с владельцами рудных богатств Габсбургами, являвшийся архиреакционным союзом, в течение 30 лет обеспечивал Фуггерам привилегированное положение.
Уже с 1489 г. по 1494 г. Фуггеры главным образом благодаря регальным привилегиям заработали на торговле тирольским серебром не менее 400 000 гульденов, не вложив при этом в горное дело ни одного гульдена. С каждой марки серебра[22], проданной по цене 8 гульденов, Фуггеры получали 3 гульдена чистой прибыли. Лишь с 1522 г. они начали делать прямые капиталовложения в разработки швацких рудных залежей в Тироле, где стали официальными владельцами более 36 рудников. Чтобы устранить местных конкурентов, они объединились с другими южногерманскими купеческими фирмами и основали в 1565 г. «Енбахское горное и плавильное общество», распространившее свое влияние на весь Тироль. Доля, внесенная Фуггерами при вступлении в это общество, составила 114 422 гульдена — 36% всего капитала. Спустя двадцать лет они скупили паи своих партнеров, став с той поры полновластными хозяевами почти всей добычи серебра и меди в Тироле. Они располагали огромной организацией, занимавшейся сбытом продукции, с многочисленными факториями и филиалами, поставляли серебро на монетный двор города Халля, сумев также присвоить себе право чеканки. Они экспортировали тирольское серебро и медь в Южную Германию, Италию, Испанию, Португалию и в Нидерланды. Это право было закреплено за ними в различных договорах с князьями и другими оптовыми купцами.
