— При всём уважении, граф Касимов, но у меня есть, что сказать этому выскочке, — возразил Корнилов, но сразу же осунулся под взглядом стоящего между нами мужчины. На вид тот был старше каждого из здесь присутствующих.
— Ты уже и так наговорил на три дуэли, Гена. Игра зашла слишком далеко.
— Но…
— Молчать, когда я говорю! Ещё слово — и покатишь домой к своему отцу. С моими комментариями ему, — незнакомец перевёл взгляд на меня. — Моё имя — граф Андрей Касимов. Вы ведь и вправду тот самый граф Пугачёв, что раскидал шестерых сидельцев?
— Он самый. Приятно познакомиться.
Касимов сделал ещё шаг и протянул руку.
— В таком случае, рад знакомству! Наслышан, чем вы занялись после возвращения. Специально навёл справки о вас. Благородно! И смело! Идти одному против всех. В наше время мало кто отваживается на такое, тем более в свободных землях.
— К счастью, я уже не один.
— Прошу простить моего знакомого. Он действительно заигрался и оскорбил вас. Позвольте возместить в двукратном размере, от установленной в княжестве суммы. Естественно за счёт господина Корнилова. Ведь так?
С этими словами граф взглянул на баронета. Тот стоял красный, как пойманная за срамным делом девка, но всё же, не выдержав зрительного контакта со своим старшим товарищем, поддался и опустил голову, перед этим покорно кивнув.
— С вами свяжутся для урегулирования вопроса. Я проконтролирую, не переживайте, — заверил Касимов. — А теперь, если вы согласны на моё предложение, пожмите друг другу руки, и конфликт можно считать закрытым.
Я равнодушно дёрнул плечами. Всё, что сказал Касимов, меня полностью устраивает. По крайней мере, поступил он, как истинный аристократ — по справедливости. С таким приятно иметь дело, в отличии от этого Шуваловского подпёрдыша.
С ним я разберусь позднее, без свидетелей. После того, как он расскажет, где найти того самого Шувалова.
С улыбкой протянул руку, не сводя с оппонента глаз. Корнилов некоторое время изображал недовольного, но в конце концов, схватил мою ладонь и сжал её, что есть силы. Вот ведь неугомонный! Так и быть — сам напросился.
Стиснул его кисть до характерного хруста, при этом не позволяя высвободить побелевшую руку. Корнилов приобрёл пунцовый оттенок.
— Пусти! — сквозь зубы процедил он.
Вдоволь насладившись муками этого засранца, я подгадал момент, когда он снова попытается вырвать руку, и разжал пальцы. Корнилов нелепо взмахнул руками и плюхнулся задницей в лужу. Прямо поверх моего испорченного букета.
Касимов усмехнулся и, удовлетворённо кивнув, направился в цветочную лавку.
Ну уж простите! Я ничего не делал, он сам!
Баронет от бессилия и позора едва не прослезился. Ничего, будешь знать, чем могут обернуться твои шутки.
Он кое-как поднялся и, окинув всех презрительным взглядом, убежал куда-то в подворотню. Наверное, выжимать свои мокрые штанишки.
Я немного постоял, удивляясь нелепости происходящего, и направился следом за Касимовым. Покупку букета никто не отменял. И пора бы уже идти на бал, пока не пропустил самого главного.
На обратном пути внимание привлёк трупик воробья, лежащий прямо на тротуаре. Я остановился, осматриваясь по сторонам. Никого.
Как удобно! Даже искать не пришлось. Сделаю из него маленького шпиона и отправлю по следу Корнилова. К Шувалову он вряд ли выведет, а вот подслушать или хотя бы выведать, где обитает этот недоумок, поможет. В любом случае, на бал я уже опоздал. Минутой раньше или минутой позже — не имеет значения.
На улице окончательно стемнело, и почти все гости «Сиберии» укрылись под крышей заведения. Несколько загулявших аристократов — не в счёт. Им сейчас явно не до меня, так что действовать можно смело.
Я сделал вид, что роюсь в кармане, переложив букет в левую руку, и уже собрался подхватить с земли трупик, как…
Стоп!
Не слишком ли притянуто за уши? С чего бы этому воробью вообще здесь лежать?
Больше похоже на ловушку, чем на приятное стечение обстоятельств.
Я на секунду прикрыл глаза, активируя магическое зрение. Сознание отделилось от тела и возвысилось на несколько метров вверх. Передо мной проявились очертания улицы. Цветочный магазин, тротуар, близлежащие дома — никаких подробностей, только схематичные образы.
В двадцати шагах, вниз по улице, кто-то стоит. Пытается слиться со стеной, прижавшись к ней и не шевелясь. Сомневаюсь, что это обычный пьяница.
Сердце забилось быстрее. Вряд ли это связано с моей излишней осторожностью. Этот кто-то, притаившийся в тенях, здесь не просто так. Тем более, что Орден будет следить за мной.
Действовать нужно быстро. Если промедлить, незнакомец сбежит, и я не смогу выяснить его мотивы. Всё таки моя цель — убедить всех, что я обычный граф, и ни с какими сектами дел не имею.
Я сделал несколько неуверенных шагов в сторону, продолжая играть роль подвыпившего аристократа, и обернулся, вглядываясь в темноту. Сам же сосредоточился на магическом зрении, пытаясь рассмотреть как можно больше деталей.
